Как на удмуртском языке будет бабушка

Как будет

бабушка

1 бабушка

См. также в других словарях:

БАБУШКА — в гости пришла. Жарг. мол. Шутл. О начале менструации. Максимов, 19. Бабушка ворожит кому. Разг. Всё удаётся, даётся легко. ФСРЯ, 32; Сергеева 2004, 208. Бабушка Джо. Жарг. шк. Шутл. Женщина библиотекарь. ВМН 2003, 20. Бабушка [ещё] надвое… … Большой словарь русских поговорок

бабушка — См … Словарь синонимов

бабушка — Бабушка ворожит кому (разг.) о том, кто по протекции получает преимущество по службе. Хорошо тому жить, кому бабушка ворожит. Пословица. Бабушка надвое сказала (разг.) неизвестно, будет или нет. Насчет отдыха в реции бабушка еще… … Фразеологический словарь русского языка

БАБУШКА — БАБУШКА, бабушки, жен. 1. Мать отца или матери. 2. Обращение к старой женщине (прост.). ❖ Бабушка ворожит см. ворожить. Бабушка надвое сказала (разг.) неизвестно, будет или нет. Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935 1940 … Толковый словарь Ушакова

БАБУШКА — БАБУШКА, бабушка, бабышка, бабье и пр. см. баба и бавить. Толковый словарь Даля. В.И. Даль. 1863 1866 … Толковый словарь Даля

БАБУШКА — БАБУШКА, и, жен. 1. Мать отца или матери. 2. Вообще о старой женщине (разг.). • Бабушка надвое сказала погов.: ещё неизвестно, что будет, может быть и так и иначе. | ласк. бабуся, и, жен., бабуля, и, жен., бабулечка, и, жен. и бабуленька, и, жен … Толковый словарь Ожегова

бабушка — БАБУШКА, разг. баба, разг., пренебр. бабка, разг., ласк. бабуля, разг., ласк. бабуся … Словарь-тезаурус синонимов русской речи

бабушка — БАБУШКА, арх., этнограф. – Медведица. Руби шуровальную жердь. Бабушка молчит, не хочет со мной разговаривать. Посмотри, пустая ли берлога? (2. 11). см. кимае … Словарь трилогии «Государева вотчина»

БАБУШКА — «БАБУШКА», Россия, Свердловская киностудия, 1996, цв., 10 мин. Анимационный фильм. Произошла трагическая случайность: мальчик выпал с балкона третьего этажа. Врачи сделали все, что возможно мальчик жив. Но только бабушке своими нетрадиционными… … Энциклопедия кино

бабушка — БАБУШКА, и, ж. Туалет. Сходить к бабушке (или позвонить бабушке) сходить в туалет … Словарь русского арго

бабушка — сущ., ж., употр. часто Морфология: (нет) кого? бабушки, кому? бабушке, (вижу) кого? бабушку, кем? бабушкой, о ком? о бабушке; мн. кто? бабушки, (нет) кого? бабушек, кому? бабушкам, (вижу) кого? бабушек, кем? бабушками, о ком? о бабушках 1. Вашей… … Толковый словарь Дмитриева

Источник

Коми Зыряна зарни лов

Для изучения развития семейных отношений в разные периоды истории весьма важным и ценным источником является терминология родства. Сведения, добытые лингвистикой, уточняют и подкрепляют выводы, полученные археологами, этнографами и фольклористами. Основные этапы развития семьи и брака с доисторических времен до наших дней теоретически обоснованы в работе Ф.Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Установлено, что у всех народов до моногамного патриархального брака существовали формы группового и парного брака. Такие формы брака существовали, бесспорно, и у индоевропейцев и финно-угров. Коми и удмурты, естественно, не составляют исключение.

Термины родства у восточных финно-угров, особенно у народов пермской группы, изучены еще мало. Касались этого вопроса И.Н.Смирнов в своих работах «Пермяки» и «Вотяки» и А.С.Сидоров 2 в специальной статье о коми терминах родства, в которой, к сожалению, анализу подвергнуто небольшое количество слов.

В настоящей статье не ставится задача дать историю изучения темы. Укажем лишь на недостатки, которыми страдают работы финских и венгерских ученых — авторов большинства работ о лексике родственных и брачных связей. Старая финно-угроведческая компаративистика, опираясь на термины родства, старалась доказать, что у предков финнов и венгров еще в период их языковой общности господствующей формой семьи была моногамная семья. Реконструкцию семьи она производила в соответствии с теориями, господствовавшими в буржуазной науке о браке и семье в прошлом, в соответствии с так называемой «патриархальной» теорией. «Следует отметить, — сказано в автореферате Э.Вяари, — что основным недостатком многих из этих исследований является идеалистический подход к самому вопросу: предполагается существование в глубокой древности ясно определившихся семейных отношений. Советская наука не признает таких «теорий», т.к. семейные отношения постоянно подвергались изменениям».

Между тем лексика родства почти всех финно-угорских народов показывает, что терминология, характерная для эпохи патриархата, возникла сравнительно поздно. Для обозначения родственников по отцу во всех языках употребляются чаше всего описательные термины или сложные образования. Этнография также указывает на сильные пережитки матриархата и группового брака у отдельных финно-угорских народов. Сравнительное языкознание, представленное главным образом работами финских и венгерских языковедов, и этнография, таким образом, дают противоречивые данные. Это противоречие можно объяснить либо таким предположением, что финно-угры вообще не знали матриархата, либо тем, что матриархат ими был пережит еще в период уральской общности, а его пережитки, отмеченные у некоторых народов Поволжья (мари, удмурты, мордва), появились под влиянием соседей — тюркоязычных народов — чуваш, башкир, татар.

Неясность вопроса побудила автора настоящей статьи, интересы которого устремлены главным образом в область фольклора, обратиться к той лексике, которой оперируют авторы работ, заявляющие о «моногамии и патриархате», чтобы выяснить, не допущено ли ими одностороннее использование языкового материала.

Термины, отмеченные выше Вяари (муж, жена и др.) мы детальнее рассмотрим в последующем. Здесь укажем еще на те параллели, которых прежде привлекали ученые для доказательства существования патриархата и моногамной семьи. Так, для доказательства существования в финно-угорскую эпоху понятия «муж» сближались: финское mies и mendsi (самоназвание манси) и венгерское maguar (мадьяр); «жена» — эстонское neine (nei — корень, означает жениться, выходить, выдавать замуж, соединять воедино; nen — суффикс) и коми инь, энь, ныв; «супруги«: финское jalka — vaimo, встречающееся в рунах Калевалы и мордовсксе ялга — товарищ, друг, подруга; партнер, сообщник, соучастник; «отец»: эстонское isan (отец) и венгерское ös (предок, прародитель); «мать«: ливское jema, jäma, финское emä (манка, самка), венгерское eme (этот); «зять«: финское väi — väimees (зять), марийское венге (брат).

Важней для нашей цели будут сближения, которые делаются исследователями объективно, без заранее поставленной цели доказать существование патриархальной моногамной семьи в период, который отстоит от нас на 4,5—5 тысяч лет.

К этим параллелям мы и переходим.

Забегая немного вперед, отметим, что это не специфическая особенность языка коми. Почти у всех финно-угорских народов в содержание понятий «отец» и «мать» включаются понятия «самец», «самка». Таковы термины: эстонское isane, emane, венгерское atá, anya, удмуртское айы, мумы, марийское атя, ача, мордовское атяка, авака. Для обозначения самца имеется отдельный термин только у финнов, где самец называется «koiras» (производное от «koira» — собака, кобель; ср. коми кыр, — кыр пон — кобель).

Слово ай — одно из древнейших. Однако не во всех финно-угорских языках оно имеет то же значение, что в коми и удмуртском. В параллель этому слову приводятся такие слова из финно-угорских языков: финское äiya, что означает «дед», «старик», карельское äiya — «много», олонецкое äiya (тоже), норвежско-саамское agg’ja — «дед», «старый человек» (Уотила. Syrj. Chr. стр.62). Любопытно отметить, что и у коми на Печоре ай означает деда. (Wich. Syrj. Wort, стр.3).

Какое же из этих значений слова принять за первичное: дед, отец, самец, или много? Не связаны ли эти термины между собой? Лингвисты приводят их в одной параллели, следовательно, исходят эти слова из одного источника. Можно подумать, что это слово в период финно-угорской общности с точки зрения современности обладало большой семантической емкостью. В период моногамной, патриархальной семьи такая разнозначимость не могла образоваться: для каждого из этих значений в большинстве финно-угороких языков имеются особые термины. Приходится предположить, что в отдельных языках эти термины сохранились как воспоминание о других формах семейных отношений. И нам неизбежно приходится ставить вопрос: а не являются ли эти параллели отзвуками группового брака? Многое говорит в пользу этого. Установлено, например, что в период родового строя, в период господства матриархата, отец ребенка чаще всего не был известен. Им мог быть любой мужчина из того рода, с которым были установлены брачные связи. Отсюда синонимичность значений отец и самец. Отсюда же и собирательность термина — воспоминание о групповом браке, следы которого остались в карельском языке: äija означало не только «отца», но и всех мужчин в совокупности. Таким образом, можно предположить, что термин ай в ту эпоху означал половозрастную группу людей: этим термином младшие по возрасту называли старших мужчин, женщины — мужчин вообще; для детей все они были отцами, для женщин — «мужьями», точнее — мужчинами.

С помощью слова ай в коми языке образуется ряд других слов, значение которых весьма разнится друг от друга. Так, словом ичай на Ижме называют отчима, словом ыджыд ай (Вычегда) — деда; пернай (Ижма) — крестный отец; вежай (Вычегда, Сысола, Луза, Удора, Пермск — диал.) — крестный отец; ай-мам — родители, прöститчис ай-мамыскöд Иван — попрощался Иван с родителями; ай-мамтöм — без родителей, сирота; ай-мам, чой-вок — вся семья; ая-ныл — сестра мужа; вежаялны — быть крестным отцом. Важно отметить, что слова, возникшие от основы ай с помощью суффикса «ка», имеют также весьма различное значение. Слово айка (по В.И.Лыткину) в отдельных диалектах (скр., сев., Луза) означает «свекор», в других (иж. вым.) — «тесть», в третьих (Коми-язьв., Коми-черд.) — муж. По Вихману «айка» имеет значение «тестя» и на Удоре.

Сказанное о слове «ай» позволяет говорить о том, что в финно-угорскую эпоху оно означало мужчину. Такие понятия, как свекор, тесть, муж, образованные от слова ай с помощью суффикса «ка», возникли сравнительно поздно — их не было не только в финно-угорскую эпоху, но и в пермскую. Основа слова, развиваясь, в отдельных языках принимает значение «дед», «старик» (финский, саамский, коми).

Более древним словом, свойственным финно-угорским языкам для обозначения понятия и матери, и женщины, приходится признать слова инь, энь. (И ныне родителей в некоторых местах, например, в Черныше, называют ай-энь. Уотила Syrj. Chr. стр.73). По В.И.Лыткину (Хрестом. стр.98) слово инь так же, как и производное инька (у коми язьвинцев, например), означает жену. Энька, инька означают не только жену. В одних местах энька, инька — мать мужа (Вычегда, Печора, Луза), в других — теща, мать жены (Удора). Это слово означает, кроме того, мачеху (Летка), женщину, жену (Пермск), жену (Вычегда), старую жену (Вычегда). Близко по значению к слову инь слово ань, что означает по В.И.Лыткину (Хрестом., стр.94) женщину и свекровь.

От «инь» же образовано слово инь пöв — женская половина избы, от ань — аньборд — крылья мотального станка, ань-баба (Выч.) — мотальный станок, на который мотают нитки, ань туй — мастерство, способности женщины.

Здесь же отметим, что некоторые лингвисты (Уотила, напр.) и коми слово «акань» (кукла) сравнивают с финском акка — женщина, старая жена, бабушка, норвежско-саамским акка — женщина, жена. Правда, проводя эту параллель, ставят вопросительный знак. Слово акань, по-видимому, образовалось от слияния коми ань с заимствованным акка: акка + ань. (Ср. вепсское акка, попавшее в вымский диалект для обозначения крестной матери.)

Итак, можно предположить, что инь, энь, ань означали в финно-угорскую эпоху и самку, и мать, и старшую по возрасту женщину вообще. Подтверждение этому дает мансийский язык, в котором слово an’a означает не только мать, но и стадо, кучу; слово же ankv означает и мать, и самку лося (см. Краткий мансийско-русский словарь 1948 г.). Отсюда следует, что энь, инь, ань означали прежде не только одну мать, но и всех матерей рода, женщин в совокупности. Одно из этих слов — «ань» — позднее определилось для обозначения женщины (без значения «самка»), жены, хозяйки.

В подтверждение такого положения можно привести еще выводы из исследований терминологии родства индоевропейцев. Крупный исследователь индоевропейских языков Бодуэи де Куртене еще в начале нашего века в одной из своих работ утверждал, что название для отца (латинское pater, немецкое vater означало первоначально не «родителя» в физиологическом смысле, а «охранителя», «опекуна», «предводителя», «начальника».

3. Понятие сын в финно-угорских языках выражается также сходными словами: коми — пи, удмуртское — пи, финское — poika, мансийское — pax, хантыйское — piy, венгерское — fiu. Слова эти прежде имели не столько значение «сын», сколько понятия «малыш», «ребенок», «детеныш» вообще, без обозначения пола «детеныша». Это видно по таким сочетаниям коми слов со словом пи, как баля пи, ыж пи — ягненок, кычан пи, кычи пи, пон пи — собачка, кук пи — теленок, порсь пи — поросенок, арпи — мелкая рыба, ёдi пи — подлещик, сир пи — мелкая щука, сын пи — подъязок; кук пиа — корова с теленком (ср. финское: роiка — мальчик, сын, детеныш).

Сочетания слов, в которых «пи» означает родство либо указывает на местожительство, без сомнения, позднего происхождения. Таковы термины вежа пи — крестный сын, перна пи (Ижма) тоже, чурка пи — незаконорожденный сын; ныл пи, ныы пи — дети, ныла-пиа (Удора) — семья, дети; Изьва пи — житель Ижмы. (Ср. морд, бие и буё — род и племя).

Кроме слова пи, в коми языке как у зырян, так и у пермяков имеется другое слово для обозначения сына — «зон». Слово зон, как и пи, означает у коми-зырян — мальчик, парень, у пермяков чаще употребляется со значением сын: зонавöн зон (по Рогову) — сын сына, внук, зонавöн ныв — дочь сына, внучка. Слово зон, по единодушному признанию лингвистов, заимствовано из иранского языка. Ср. осетинское zanaö — «мальчик», авестийское zan — «родить». Любопытно, что слово «зон» не дает таких образований, как баля пи и пр.

Это слово, однако, имеет значение «дочь» рядом со значением «девушка» только в коми и удмуртском языках, в остальных означает девушку, девицу, барышню. Потому надо признать с натяжкой утверждения о том, что данным термином обозначались определенные дочери определенных родителей. Этим термином, по-видимому, называли женщин младшего возраста — девушек, девочек. Об этом говорит и значение саамского niei’do — «девственница» (vigro), «дочь» (filia).

В отличие от слова «пи» слово «ныл» не несет понятия «детеныш». При этом все слова, означающие родственные отношения, образованы с помощью других слов. Коми «аяныв» — сестра мужа (буквально — девушка с отцом), «вежаныв» — крестная дочь», «нывбаба» — женщина (буквально — девушка баба), «ныл-пи» — дети.

У коми для «сестры» есть два слова, синонимичных по значению — соч и чой (у коми-пермяков — сой), и означают они ныне сестру вообще, независимо от возраста. Правда, на средней Сысоле есть термин мизько, низько для обозначения самого младшего (в семье). Прежде, по-видимому, термином соч называли старшую сестру, что подтверждается тем, что в северных диалектах коми-пермяцкого языка соча означает старшую сестру (Гр.Нечаев). Лузско-летское соч принадлежит к числу древних и сравнивается с финским siska, хантыйским с’аз’и. Для слова чой в лингвистической литературе параллелей из других финно-угорских языков мы не нашли. Что обозначалось словами чой и соч в прошлом, мы будем говорить ниже, при анализе терминов, означающих брата.

Из перечисленных параллелей финское vävy, венгерское vö, мордовское ov имеют значение не брата, а зятя.

Теперь нам становится понятным не только то, почему зять и брат в финно-угорских языках называются сходными словами, но и то, в какое время могло появиться такое сходство. Слово, означающее ныне «брат» (в некоторых языках «зять»), прежде, в финно-угорскую эпоху, означало члена коллектива из мужского пола, членов рода в их совокупности. Мужчина, принятый в материнский род, становился братом, сыном. Зять в удмуртском языке, например, кроме заимствованного «кырси», называется еще коренным словом — тгу — производным от слова пи — сын. Термин «зять» свое патриархальное значение приобрело позднее.

Такая противоречивость к семантике слова, конечно, не позволяет говорить о том, что значение «невестка» древнее. По всем данным, словом кел называли женщины одного рода женщин другого рода, с которыми существовали «упорядоченные» брачные связи.

10. Дядя (по матери). Слово чож, означающее у коми: брата матери, дедушку по матери (Летка), чожинь — сестру матери, жену брата матери, жену крестного отца и бабушку по матери (Летка); у удмуртов — чужмурт — отец или брат матери, чуж анай — сестра или мать матери, чуж нэнэ — бабушка, чуж атай — отец матери, чуж одык — дети сестры матери, двоюродный брат по матери, чуж кенак — жена брата матери — ставят в параллель с такими словами: морд. — чиче — муж старшей сестры, марийское — чÿчÿ — дядя, младший брат матери; вогульское — сясь, самоедско-юракское — t’ide — младший брат матери. В эту же параллель ставят саамское саессе — дядя по матери и так же по отцу, но моложе последнего (Уотила, Syrj. стр.168).

Большинство терминов, однако, связано с родством по матери; термины для обозначения родства по отцу, надо думать, позднего происхождения.

Детальная классификация родственников по матери свидетельствует о большой роли родственников женщин в воспитании ребенка именно в условиях матриархального рода. Известно, что первой воспитательницей детей в их раннем возрасте является, естественно, мать. Наряду с ней старшие сестры ребенка и все старшие женщины следят за детьми, при случае маленьким дают грудь. Если ребенок проголодался, он обращается как к матери, так и к любой женщине из ее родни. Когда ребенок подрастает, воспитателями девочек являются женщины, мальчиков — мужчины — братья и родственники матери.

У горных и луговых марийцев одним термином обозначаются: сноха — жена младшего брата и жена брата моей жены или моего шурина (шешке), сестра мужа и сестра жены (ныды или нудо). У восточных марийцев одинаково называются шурин и деверь, с той лишь разницей, что те, которые старше мужа или жены, называются изя, те же, которые моложе их — шоло.

Важно отметить еще следующее: в ряде языков термины родства вступают в сочетание со словом «половина». У саамов, кроме отмеченных, встречается еще термин sok — p’el’e, означающий зятя. Со значением «половина» связан и мордовский (мокша) термин пельнене, которым старшая сестра называет своего младшего брата. «Половина» наличествует, кроме того, в удмуртском термине для обозначения супругов — кузпал — буквально «половина пары». Такие словообразования удовлетворительно могут быть объяснены только из экзогамии, т.е. из наличия двух родов, связанных между собой брачными узами, когда каждый из этих родов считал себя половиной единого целого (фратрии).

Отметим, кстати, что некоторые лингвисты пытались привести в параллель с указанными выше словами эстонское veli (младший брат), финские взаимопарные nuorempi vilieni, которыми младший брат и младшая сестра называют друг друга. Сближение этих терминов, как видим, не лишено оснований: лексемы, употреблявшиеся в период экзогамных отношений, позднее были использованы в моногамной семье для обозначения братьев и сестер.

Переходим к рассмотрению основных терминов моногамной семьи: «муж», «жена», «дед», «бабушка». Здесь мы должны прежде всего отметить следующее: в некоторых финно-угорских языках мужчина, человек и муж так же, как женщина и жена, обозначаются одними терминами. Так, в марийском языке «марий» одновременно означает и мужчину, и человека, и марийца. Венгерское fert и fer означают также и мужа и мужчину; тоже у финнов: mies и neinen или vaimo означают «мужа и мужчину, жену и женщину. Аналогичное значение имеют эстонское mess и neine.

В ряде языков, однако, для обозначения мужа имеется особый термин: у коми — верöс, у удмуртов — карт и кузпал, у мордовцев рядом с чорас и авас, обозначающими общие понятия мужа и мужчины, жены и женщины, имеются особые термины: мирде и ни — для обозначения супругов.

Мужчина в доме женщины при матриархате был и гостем, и слугой, посещавшим женщину после охотничьих и рыболовных промыслов и был полностью от нее зависим, т.к. получал от нее одежду и пищу.

Важным термином, который может помочь в уяснении этапов развития семьи, является слово, обозначающее женитьбу

В северных диалектах коми-пермяцкого языка, по материалам Гр.Нечаева, глагол «жениться», как и термин «супруги», образовался от слова «ёрт» — «товарищ». Так, «ёртасьны» — жениться буквально означает «заиметь друга (подругу)», а гозъёрт — супруг, супруга, «товарищ из пары».

Немало случаев в удмуртском языке и сокращения слов. Некоторые примеры приводились выше. Так, тыраз, означающее полно, до краев (ср. коми тырыс), сократилось до трос — много, союз собере — потом, затем, после сократилось до сэрэ и т.д.

В языках народов коми для обозначения некоторых родственниц — женщин (у пермяков) и жены (у зырян) употребляется слово гöтыр. По словам В.И.Лыткина, термин надо считать заимствованным из индо-иранских языков, у которых основа слова означала род, женщину (ср. нем. Gatten — жена, Gattung — род). То обстоятельство, что древнее слово, означающее женщину, приняло значение жены только у зырян, говорит о том, что прочной моногамии в период пермской общности еще не было. В период пермской общности супруги обозначались терминами, оставшимися от парного брака — куз пал (один из пары), гоз пöв (тоже). Супруги по-коми «гозъя». О начале перехода к моногамной семье может свидетельствовать и термин для обозначения вдовца. У коми (Н.Вычегда) вдовец — сьöп, у удмуртов овдоветь — сепкылъыны.

Рассмотрим попутно и другие термины, приводимые некоторыми лингвистами для доказательства существования в финно-угорскую эпоху понятия «жена». Выше отмечалось, что эстонское neine сопоставлялось с коми инь и ныв. Э.Вяари со ссылкой на Альквиста 27 полагает, что венгерское vö, ne, эстонское neine, эрзямордовское ni, марийское пö, хантыйское naj, мансийское nai является также аргументом в пользу его утверждения о существовании моногамии в финно-угорскую эпоху. Допустим, что эта параллель верна. Однако что же она дает? Из приведенных параллелей только в двух языках (эстонском и эрзя-мордовском) термины имеют значение «жены» параллельно со значением «женщина». В остальных языках — женщина вообще. О том, что в некоторых финно-угорских языках незамужняя женщина (девушка) и жена обозначаются одним словом (neitsüd), говорилось выше. И в рассматриваемом случае мы видим это же явление. В большинстве языков n’ö, n’е, n’i и т.д. — женщина (но не жена), а мансийцы словом nai обозначают: 1) огонь, 2) женщину-богатыря, 3) героиню, 4) солнце. Интересны и производные слова, образовавшиеся с помощью этого слова, такие, как: naj ani 1) красивая, нарядная девушка, 2) героиня; naj ekva — праматерь; naj hum — герой, богатырь, красавец. (Мане.-рус. сл., 1948 г.). Таким образом, и эта параллель свидетельствует о былом почитании женщин в родовых коллективах, но никак не о том, что в финно-угорскую эпоху господствовал патриархат.

По А. С. Сидорову, кроме того: ун на Удоре — жена старшего брата, жена брата его сестры; на Выми — старшая сестра бабушки по матери, в Кони (Вымь) — жена старшего брата отца. Близкий к этим словам термин «оня» на Удоре означает старшую сноху (так называют родители жену старшего сына), невестку, жену старшего брата.

Финские и венгерские исследователи к коми слову ун приводили большое количество параллелей из других языков. Среди них: венгерское angy — золовка, невестка, свояченица; мансийское ane, angu — жена старшего брата для молодых парней; an’i — молодая тетка (моложе чем мать), une, angu — сходно с an’i (невестка, золовка, свояченица), on’, on’i, an’i — тетка, uniga — мачеха и т.д. 28 Для исследователя немалый интерес представляет причина такой разнозначности термина даже в одном языке. Из большинства примеров видно, что термин этот в прошлом связывался со старшими по возрасту женщинами. Как и почему произошло то, что в некоторых диалектах им обозначают брата отца или мужа старшей сестры?

По В.И.Лыткину (Хрестом., стр.192) пöль на Удоре и Лузе — дед по отцу, старик. Вихман (Syrj. Wort) указывает, что, кроме Удоры и Лузы, слово «пöль» употребляется и на Верхней Вычегде, что при обращениях на В. Вычегде и, кроме того, на Летке произносят «пöйö».

В этот же период появляется необходимость для выделения не только старшей в роде женщины, как это было при матриархате, но и старших мужчин для обозначения понятий «дед» и «бабка». Для внуков они будут отцом и матерью, однако, с прибавлениями эпитетов «большой», «почтенный», «старый» и пр. К таким эпитетам относятся: марийское куго (старый), коми ыджыд (ыджыд мам — бабушка со стороны матери, ыджыд ай — дедушка со стороны матери), удмуртское и коми пересь, пöрысь (старый), мордовское покш и очу, венгерское oreg, эстонское и финское vana, vanha (старый, древний, старинный). Эти термины, как и другие, образованные с помощью прилагательных, называются описательными. Описательная же система родства, как установлено, идет на смену классификационной, потерявшей свое основание в связи с победой отцовского права над материнским, в связи с исчезновением следов группового брака.

Лингвистические материалы, как видим, подтверждают это положение. «Матерью» в этих коллективах для детей могла быть не только женщина, родившая ребенка, но и любая другая, которая могла дать грудь (эстонское nänn, удмуртское ноной, нэнэ). Понятия «отца» еще нет; слово ай и параллели к нему свидетельствуют о существовании группового брака (карельское äija). О существовании группового брака, как видели выше, свидетельствует и карельский эпос — употребление слова «жених» во множественном числе. Мужчина занимает приниженное положение (коми вер и параллели к нему, означающие слугу, работника, карело-финское sulho, sulhaine (жених) и эстонское sulane — работник). Понятий муж и жена еще нет: финское mies означало, как и ай, вер у коми — мужчину; коми гöтыр, инь и пр., как и западно-финское слово neitsüd, которое у одних народов означает ныне супругу, у других — молодую незамужнюю женщину, — имели значение женщин вообще.

В отношении к детям члены родовых коллективов отдавали предпочтение девочкам — явление, характерное также для матриархата (ср. пи — детеныш и «ныв», не дающее образований с таким значением).

Выдающуюся роль в воспитании детей, кроме женщин, играли братья по матери (ср. коми «чож» и параллели к нему, почти не различающиеся), что является одним из наиболее убедительных доказательств господства матриархата в финно-угорскую эпоху (покровительственную роль дяди по матери этнографы называют авункулатом).

В период пермской общности происходит переход к парному браку и затем — к патриархальной семье. Об этом говорит общность в словах, обозначающих супружескую пару. Парный брак характеризуется тем, что прочной связи между мужчиной и женщиной на всю жизнь еще нет. Эта форма брака означала лишь непрочные отношения, которые обычно раньше или позже прекращались, дети же оставались у матери. Любой из супругов по-удмуртски называется кузпал, т.е. один из пары, половина (куз — пара, пал — половина). Муж и жена по-коми — гозъя (пара). Термины, обозначавшие мужа, образовались, кроме того: у коми — от коренного, финно-угорского слова вер, что означало прежде мужчину и слугу. Слово «карт» для обозначения «мужа» удмурты заимствовали у чуваш; карт у чуваш означало «жрец» (у башкир — муж).

О том, что даже в период пермской общности у коми и удмуртов были весьма сильны пережитки матриархата, говорит следующее:
а) Удмуртские роды в XIX веке в большинстве носили имя женских прародительниц — основателей родов (Чабъя, Чола и пр.). Удмуртское воршуд (родовое божество), как отмечают этнографы, прежде считалось женщиной.
б) Еще не было терминов, характерных для моногамной семьи: жена у коми — гöтыр, у удмуртов — кышно, муж у коми — верöс, у удмуртов — карт, кузпал, воргорон.
) У коми и удмуртов нет общего термина для мачехи. У коми мачеха — ичинь (ичöт инь — малая, младшая мать), у удмуртов — сюранай, сюрмумы (сюр чувашское заимствование, у последних означало — «помощник», «половина», «сводная»). Термин «мачеха» — результат распада рода на семьи, когда родную мать ребенка не заменяют другие «матери», не заменяет род. В период пермского общежития еще не было условий для появления термина «мачеха». Любопытный материал, подтверждающий это положение, дают термины для обозначения пасынка и падчерицы. Термины эти наиболее сложные, некоторые из них состоят из трех-четырех составных частей, каждая из которых имеет определенное значение. Так, падчерица обозначается ичиньводз ныв (крч., печ,)=ич (младшая) + инь (мать, женщина) + водз (перед) + ныв (девушка), пасынок — ичиньводз пи; на Удоре (Глотово) их называют ичиньдор ныв (пи), на Лузе (Объячево) ичöнь ныв (пи); а кроме того, в других диалектах тьöт пом ныв (пи).
г) Большое количество терминов, проникших в удмуртский язык из чувашского в продолжение с VI века по XIII век и в коми язык из русского с XI — XIII века говорит о том, что формирование малой патриархальной семьи происходило у них под значительным влиянием соседних народов. У чуваш удмурты заимствовали по Вихману 36 следующие термины:
кырси — зять, муж старшей сестры; вармай, варматай — тесть; вармуми — тёща; вармиська — шурин; вармес — семья тестя; вармес агай или вармес вын — брат жены; иська вын — родственник, сосед, друг; бусёно — свояк; бултыр — брат или сестра жены, так же вторая жена; бече — сосед, родственник, северное — подруга; бечей — старший брат, дядя; кудо — сват; апай — старшая сестра, тетушка, девушка; апыкай — старшая сестрица, тетушка; акы — старшая сестра; аби — бабушка, теща, матушка, старшая женщина; сюрай, сюратай — отчим; сюрмумы, сюранай — мачеха; пермяцкое сёрай — отчим, сёрмам — мачеха, сёрзон — пасынок, сёрныв — падчерица; кен — невестка, сноха (для старших членов семьи), бускель — сосед, родственник, куно — гость.

В последующем удмурты заимствовали ряд терминов, такие, как атай — отец, анай — мать — у татар.

Пережитки матриархата у коми и удмуртов и после прекращения общности были еще весьма сильны: в этот период существует еще левират (послание Симона к пермякам) — счет родства по материнской линии.

Патриархальная малая моногамная семья у этих народов укрепляется уже после отделения. Только в этот период появляются термины для обозначения родственников по мужу, отцу, для обозначения супругов, для выделения старейших членов мужского пола в коллективах.

Последующее развитие семьи у этих народов, судя по терминологии родства, шло по пути укрепления малой семьи в условиях феодального и капиталистического строя. Удмурты, в течение веков находившиеся под влиянием булгар, и, судя по их заимствованиям, нередко имевшие с булгарами родственные и брачные связи, заимствовали от них большую часть терминов для обозначения родственников по отцу. Ряд терминов для обозначения родства по отцовской линии и моногамной семьи у коми, как чой (сестра), «об» (Нижняя Вычегда, Керчемья, Печора) — сестра отца, возникли, надо думать, после отделения коми от удмуртов до встречи с русскими.

За период длительного общения многое заимствовали коми и из свадебных обрядов: на свадьбах, кроме коми песен, пелись и русские песни. Все это результат не только заимствования; известно, что семейно-брачные связи между коми и русскими существовали с давних пор. В результате ряд русских терминов стал употребляться параллельно с коми словами, из-за этого некоторые коми слова заменены русскими. Вместо слова верöспу ныне чаще употребляют жених, вместо гöтырпу — невеста, вместо воча вок и воча чой — братан и сестренка, вместо дедöн шуысь и бабöн шуысь — внук, внучка, вместо йöвтöм мам (Печора) буквально — безмолочная мать — тетка. Много таких описательных терминов сохранилось в коми-пермяцком языке. В середине XIX века по Рогову коми пермяки называли внучку и внука русским словом «нучка» и «нук» и, кроме того, описательно — зонавöн ныв (дочь сына) и зонавöн зон (сын сына), дядю — брата отца — айсян, аявöн вон, тетку — сестру отца — аявöн сой, айлöн сой.

Заимствованные русские термины имеют теперь у коми и коми-пермяков так же диалектные варианты. Семантика некоторых русских слов у коми, например, стала более широкой, нежели у русских. Однако детальный анализ этого вопроса не входил в нашу задачу, потому ограничимся этими замечаниями.

Более глубокое и разностороннее изучение терминов родства у финно-угорских народов, надо надеяться, даст возможность полнее осветить историю развития семьи не только в период уральской и затем финно-угорской общности, но и после распада этой общности на отдельные группы языков и далее — в период обособленной жизни финно-угорских народов. Рассмотрение этого вопроса с привлечением этнографических, археологических и фольклорных данных дало бы богатый материал не только для освещения истории развития семьи, но и для разработки истории финно-угорских народов вообще.

Автор доклада Ф.В.ПЛЕСОВСКИЙ, опубликовано в Историко-филологический сборник АН СССР Коми филиал, вып.6, 1960.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
Лытк. Хр. В.И.Лыткин. Диалектологическая хрестоматия по пермским языкам с обзором диалектов и диалектологическим словарем. М., 1955.
Лытк. Древнеперм. яз. В.И.Лыткин. Древнепермский язык. Ак. наук СССР. М„ 1955.
Гр.Нечаев. Гр.Нечаев. Отношение окружного коми литературного языка к северным диалектам Коми округа. «Сборник Комиссии по собиранию словаря и изучению диалектов коми языка». Вып. ІІ. Москва. Центроиздат, 1931.
FuF. Finnish—ugrische Forschuhgen.
Видеман. Fj Wiedemann. Syrjanischer Deutscer Wörterbuch. СПб, 1880.
Вихм. Syrj. Wort Y.Wichmann. Syrjanischer Wortschatz. Herausgegebeu von T.E.Uotila. Helsinki, 1942.
Uotila. Syrj. Chr. T.E.Uotila. Syrjanischer Chrestomathie mit grammatika lischen abriss und Wörterverzeichnis. Helsinki,1942.
Uotila. Konsonant. T.E.Uotila. Zur Geschichte des Konsonantismus in der permischen Sprachen. Helsinki, 1933.
кп — коми-iпермяцкий язык
кч — коми-чердынокий диалект коми-пермяцкого языка
кя — коми-язьвинский говор
крч — керчемья
печ — печорский диалект коми языка.

Некоторые книги из списка можно скачать в разделе Коми книги архив

Источник

Оцените статью
Добавить комментарий

Adblock
detector