Как на японском будет проклятие

Как будет

Японские иероглифы: «демон», «змея», «зло», «ненависть»

В каждом человеке сидит демон, который пробуждает его самые плохие чувства, такие как злость и ненависть. Ранее они дремали глубоко внутри, как затаившаяся змея, но что-то заставляет их выходить наружу. Сегодня мы разберем японские кандзи, связанные с этой ситуацией: «демон», «змея», «зло» и «ненависть».

«Демон»

Японский иероглиф 鬼 «демон» сам является ключом под номером 194. Он состоит из четырех элементов: 匕 «ложка», или знак катаканы «хи», 儿 «ноги», 田 «поле» и 厶 «я».

В этом кандзи 10 черт:

おに、おに- демон, огр, призрак.

Этот кандзи как бы изображает демона. 儿 — это его ноги, 田 в данном случае представляет его огромную голову, а знак 厶 ассоциируется с хвостом этой нечисти.

Слова, где чаще всего встречается этот иероглиф:

Слово Чтение Перевод
吸血鬼 きゅうけつき вампир
鬼神 きしん свирепый бог
債鬼 さいき жестокий коллектор
赤鬼 あかおに красный рогатый демон

Иероглиф 蛇 «змея» состоит из трех частей: радикала №142 «насекомое» 虫, 宀 «крыши», или катаканы «у» и 匕 «ложки», или знака катаканы «хи».

Пишется в 11 касаний:

Слово Чтение Перевод
蛇行する だこうする извиваться
毒じゃ どくじゃ ядовитая змея
蛇口 じゃぐち кран
蛇足 だそく избыточность

Кандзи 悪 «зло» состоит из ключа №61 «сердце» 心 и элементов: 一 «один», | «радикал №2» и 口 «рот».

В иероглифе «зло» 11 черт:

Слово Чтение Перевод
悪質 あくしつ злобный, порочный, коварный
害悪 がいあく повреждение, рана
悪寒 おかん озноб, лихорадка
悪戯 いたずら пакость, розыгрыш
悪魔 あくま Дьявол
憎悪 ぞうお ненависть

«Ненависть»

Иероглиф 憎 «ненависть», как и предыдущий кандзи, состоит из ключа «сердце» 心 и еще четырех элементов: 并 «положить вместе», 忙 «занятой», 日 «день» и 田 «поле».

В нем 14 черт:

Для запоминания этого кандзи используется следующая мнемоника: каждое сердце (心) однажды (曽) ненавидело (憎) что-то.

Слово Чтение Перевод
憎まれ口 にくまれぐち оскорбительный язык
憎しみ合う にくしみあう ненавидеть друг друга взаимно
憎む にくむ ненавидеть

Японские иероглифы: «демон», «змея», «зло», «ненависть» — разбор значения, чтения, написания и слов. В нашей статье мы рассказали все об этих японских кандзи.

Источник

Существует древний японский колдовской ритуал под названием Уши но Коку Маири (Ushi no Koku Mairi), который переводится как «визит к святому месту в час лисицы» и который необходимо проводить между 1 и 3 часами ночи (особый колдовской час).

Ритуал включает в себя использование соломенной куклы Вара Нингё, в образе которой отображается враг, против которого нацелен ритуал.

По сути Вара Нингё это своеобразное японское вуду и также как в вуду, в куклу Вара Нингё нужно спрятать или зашить кусочек, имеющий отношение к нужному человеку. В идеале это должны быть его волосы или обрезки ногтей или что-то, испачканное в его крови. В современной Японии эффективной вещью также считается спрятанная в теле куклы фотография этого человека.

Потом надо провести по зубам деревянным гребнем и пойти с куклой в священную рощу в синтоистское святилище. Там надо укрепить тело куклы на стволе дерева с помощью длинных железных гвоздей.

Обряд Уши но Коку Маири проводился в таких рощах в течении столетий и многие деревья в рощах при храмах буквально усеяны следами от гвоздей или самими гвоздями.

Некоторые части ритуала меняются в зависимости от места, но общие его черты остаются неизменными везде. В некоторых местах проклятие должно пасть на нужного человека в течении ночи после этого ритуала, в других говорят, что на это потребуется несколько ночей.

Эффект от проклятия тоже может быть разным. Иногда человек медленно умирает от болезней, иногда его начинают преследовать неудачи, а иногда за ним начинает охоту мстительный дух ками.

В современной Японии ритуал Уши но Коку Маири воспринимается скорее как городские легенды или бабушкины сказки и более привычен в аниме (японских мультсериалах), но примеры его применения можно найти и в реальности.

Так, в начале октября 2017 года сообщалось, что в Японии арестовали жителя Токио Такеси Инабу после того, как он попытался проклясть школьников. 41-летний японец повесил на пешеходном мосту, по которому ходят дети, куклу Вара Нингё и приложил к ней записку: «Все вы, сорванцы, спрыгните отсюда и умрите».

Этим вовремя заинтересовалась полиция. После допроса Инаба сознался, что хотел наложить на школьников проклятие. «Эти дети, которые бегают по парку, слишком громко шумели», — пояснил он.

Мнение автора статьи может не совпадать с мнением администрации сайта.

Источник

Восточные сказки: История франшизы «Проклятие»

К выходу очередной главы в запутанной и мрачной саге о семьях, преследуемых призраками, «Киномания» подготовила для вас гид по хоррор-франшизе.

«Проклятие»: японское начало

Начавшись с двух короткометражек, снятых в 1998-м, японское «Проклятие» к концу 2010-х разрослось до внушительных размеров, включая в себя 9 фильмов (последний из которых — кроссовер с не менее известным «Звонком»), 7 романов, а также несколько серий комиксов и видеоигру. При этом японское «Проклятие» проделало путь, обратный американскому: после выхода короткометражек последовало два фильма, вышедших на домашнем видео, а уже после их оглушительного успеха, в начале 2000-х, были сняты два кинотеатральных сиквела.

Два короткометражных работы, «Катасуми» и «4444444444», были сняты Такаси Симидзу для телевизионного проекта хоррор-антологий, и их успех позволил профинансировать в 2000-м выход двух DTV-фильмов «Проклятие», минималистично, но талантливо разыгрывающих нелинейный сюжет с призраком, преследующих нескольких главных героев. Сиквел же представлял собой в основном использование отснятого для первой части материала, с добавлением новой информации о персонажах и обозначением некоторых событий, которые Симидзу позднее раскрыл в кинотеатральных релизах. А затем, в 2014-м, последовала перезагрузка франшизы, к которой Симидзу уже не имел прямого отношения. Как и «Звонок», «Проклятие» внесло серьезный вклад в превращение японского хоррора в международный феномен, но, в отличие от фильма Хидео Накаты, Симидзу снимал хоррор с традиционным для Японии сюжетом, помещенным в современный контекст большого города.

«Проклятие» (2004)

Карен (Сара Мишель Геллар), студентка из США, живет в Токио со своим бойфрендом Дагом. В качестве социального работника она навещает еще одну пару американцев, в доме которых живет проклятие в форме мстительного призрака девушки Каяко, которая начинает преследовать Карен. Пытаясь избавиться от проклятия, Карен узнает все больше и больше о таинственном доме, но у нее остается немного времени, прежде чем Каяко заберет не только ее, но и ее близких.

Первый фильм американской версии «Проклятия» примечателен тем, что режиссером его стал сам автор оригинального фильма Такаси Симидзу. Этот эксперимент оказался не только успешным (американское «Проклятие» имело отличные показатели кассовых сборов), но и заразительным: через год его захотели повторить авторы конкурирующей франшизы, позвав на снимать американский сиквел «Звонка» Хидео Накату, автора исходного японского фильма. Симидзу же с тех пор оказался, подобно героям своего фильма, намертво связан с франшизой, не только сняв перед этим несколько частей японского «Проклятия», но и поставив еще один фильм в американской ее ветви. Первый фильм не только внес мощный вклад в моду на азиатский хоррор в Америке, которая продержалась все 2000-е, но и предложил новый визуальный стиль, поскольку работал с не вполне привычным для западного восприятия концептом призрака. Выстроенный по нелинейной хронологии сюжет был основан на традиционном в японском фольклоре персонаже «онрё» — призрака (обычного женского пола), мстящего за причиненную несправедливость, но при этом не обязательно связанного только с конкретным обидчиком, а нападающего и на абсолютно невинных людей — что и было показано в фильме. Но еще важнее была необычная для того времени визуальная составляющая, в особенности — дизайн призрака и оформление скримеров, которые заметно отличались от западных традиций: в ключевых сценах преобладали медлительность и тишина, в отличие от собственно криков и резких звуков.

«Проклятие 2» (2006)

Эллисон (Ариель Кеббел), американка, которая учится в токийской международной школе, вместе со своими подругами на спор посещает заброшенный дом, в котором, по слухам, водятся призраки. Разумеется, после этого визита проклятие начинает преследовать девушек, и даже возвращение Эллисон домой в Чикаго не помогает избавиться от него.

После внушительных кассовых успехов ремейка «Проклятия», Симидзу вернулся в режиссерское кресло, и вместе со Стивеном Саско — сценаристом первой части — снял сиквел, вновь собравший неплохие деньги, однако намного более прохладно встреченный критиками. Хотя сюжет логически продолжал историю семьи Карен, органично вплетая в нее новых персонажей, и атмосферность, равно как и фирменная стилистика были сохранены, во втором фильме не было эффекта новизны, и, что более важно, никаких новых идей, способных развить предложенный в оригинальном «Проклятии» концепт. Сама по себе семейная история героини первого фильма осталась лишь одной из сюжетных веток, и Симидзу ограничился тем, что вновь эксплуатировал найденный ранее визуальный стиль.

«Проклятие 3» (2009)

На третьем фильме у франшизы поменялся не только сценарист, но и режиссер — вместо Симидзу руководить съемками стал Тоби Уилкинс («Заноза»), что привело к ряду существенных изменений. Во-первых, триквел отказался от нелинейного сюжета, и рассказывал историю вездесущего проклятия в традиционном ключе, без переключения между разными персонажами. Во-вторых, в отличие от прошлых фильмов, третья часть, несмотря на не самых последних актеров (в числе которых можно увидеть, например, австралийку Шоуни Смит из «Пилы»), и причастность к хорошо окупающейся франшизе, миновала театральный прокат, и вышла прямо на видео. Что касается визуальной и идейной составляющей, то триквел подтвердил, что пик популярности ремейков азиатского хоррора к концу 2000-х остался в прошлом, а сами его технические приемы и визуальные образы вполне успешно инкорпорированы в мейнстримный хоррор. Лучшим свидетельством этого стал выход в начале 2010-х «Астрала» и его сиквелов, в которых Джеймс Ван использовал во многом схожую механику поддержания напряжения, нередко отказываясь от скримеров в пользу сцен с тишиной и медленно нарастающим саспенсом.

«Проклятие» (2020)

На четвертом фильме франшиза в некотором роде вернулась к истокам: Сэм Рэйми и Роберт Дж. Тейперт (создатели трилогии «Зловещие мертвецы») когда-то продюсировали ремейк оригинального японского «Проклятия», и первоначально хотели сделать новый фильм перезагрузкой франшизы. Но в итоге кино оказалось продолжением историей американки Карен, вернувшейся из Японии на родину, но не избавившейся от проклятия. Снимал фильм Николас Пеш («Пирсинг»), который также написал сценарий. Однако громкого возвращения не получилось. Вместо традиционных для франшизы ситуаций с медленным погружением в ужас, Пеш сделал ставку на типичные скримеры, характерные для любого фильма о привидениях. Судя по низким кассовым сборам, равно как и по обилию острой критики в профильных изданиях, это оказался тупиковый путь.

Как ни странно, скромная американская франшиза из четырех фильмов все равно остается самым масштабным — в смысле количества продолжений — примером хоррор-импорта: сопоставим этот успех разве что с показателями голливудской версии «Звонка», в то время как последующие ремейки японских фильмов (вроде «Пульса») не породили ничего кроме пары-тройки DTV-сиквелов. В отличие от американского «Проклятия», японский вариант оказался значимым культурным явлением — он органично вписывается в национальную традицию кайдана, в то время как американский ремейк был представлен как хоррор с экзотическим сеттингом, эксплуатировать который нельзя бесконечно (что и подтверждают снижающиеся цифры сборов франшизы). Так что пример «Проклятия» показывает как возможности, так и пределы импорта культурных явлений с Востока на Запад.

Источник

Оцените статью