Надо изображать жизнь не такою как она есть и не такою как должна быть

Надо изображать жизнь не такою как она есть и не такою как должна быть

Ирина Николаевна Аркадина, по мужу Треплева, актриса.

Константин Гаврилович Треплев, ее сын, молодой человек.

Петр Николаевич Сорин, ее брат.

Нина Михайловна Заречная, молодая девушка, дочь богатого помещика.

Илья Афанасьевич Шамраев, поручик в отставке, управляющий у Сорина.

Полина Андреевна, его жена.

Борис Алексеевич Тригорин, беллетрист.

Евгений Сергеевич Дорн, врач.

Семен Семенович Медведенко, учитель.

Действие происходит в усадьбе Сорина. —

Между третьим и четвертым действием проходит два года.

Часть парка в имении Сорина. Широкая аллея, ведущая по направлению от зрителей в глубину парка к озеру, загорожена эстрадой, наскоро сколоченной для домашнего спектакля, так что озера совсем не видно. Налево и направо у эстрады кустарник. Несколько стульев, столик.

Только что зашло солнце. На эстраде за опущенным занавесом Яков и другие работники; слышатся кашель и стук. Маша и Медведенко идут слева, возвращаясь с прогулки.

Медведенко. Отчего вы всегда ходите в черном?

Маша. Это траур по моей жизни. Я несчастна.

Медведенко. Отчего? (В раздумье.) Не понимаю… Вы здоровы, отец у вас хотя и небогатый, но с достатком. Мне живется гораздо тяжелее, чем вам. Я получаю всего двадцать три рубля в месяц, да еще вычитают с меня в эмеритуру, а все же я не ношу траура.

Маша. Дело не в деньгах. И бедняк может быть счастлив.

Медведенко. Это в теории, а на практике выходит так: я, да мать, да две сестры и братишка, а жалованья всего двадцать три рубля. Ведь есть и пить надо? Чаю и сахару надо? Табаку надо? Вот тут и вертись.

Маша (оглядываясь на эстраду). Скоро начнется спектакль.

Медведенко. Да. Играть будет Заречная, а пьеса сочинения Константина Гавриловича. Они влюблены друг в друга, и сегодня их души сольются в стремлении дать один и тот же художественный образ. А у моей души и у вашей нет общих точек соприкосновения. Я люблю вас, не могу от тоски сидеть дома, каждый день хожу пешком шесть верст сюда да шесть обратно и встречаю один лишь индифферентизм с вашей стороны. Это понятно. Я без средств, семья у меня большая… Какая охота идти за человека, которому самому есть нечего?

Маша. Пустяки. (Нюхает табак.) Ваша любовь трогает меня, но я не могу отвечать взаимностью, вот и все. (Протягивает ему табакерку.) Одолжайтесь.

Медведенко. Не хочется.

Маша. Душно, должно быть, ночью будет гроза. Вы всё философствуете или говорите о деньгах. По-вашему, нет большего несчастья, как бедность, а по-моему, в тысячу раз легче ходить в лохмотьях и побираться, чем… Впрочем, вам не понять этого…

Входят справа Сорин и Треплев.

Сорин (опираясь на трость). Мне, брат, в деревне как-то не того, и, понятная вещь, никогда я тут не привыкну. Вчера лег в десять и сегодня утром проснулся в девять с таким чувством, как будто от долгого спанья у меня мозг прилип к черепу и все такое. (Смеется.) А после обеда нечаянно опять уснул, и теперь я весь разбит, испытываю кошмар, в конце концов…

Треплев. Правда, тебе нужно жить в городе. (Увидев Машу и Медведенка.) Господа, когда начнется, вас позовут, а теперь нельзя здесь. Уходите, пожалуйста.

Сорин (Маше). Марья Ильинична, будьте так добры, попросите вашего папашу, чтобы он распорядился отвязать собаку, а то она воет. Сестра опять всю ночь не спала.

Маша. Говорите с моим отцом сами, а я не стану. Увольте, пожалуйста. (Медведенку.) Пойдемте!

Медведенко (Треплеву). Так вы перед началом пришлите сказать.

Сорин. Значит, опять всю ночь будет выть собака. Вот история, никогда в деревне я не жил, как хотел. Бывало, возьмешь отпуск на двадцать восемь дней и приедешь сюда, чтобы отдохнуть и все, но тут тебя так доймут всяким вздором, что уж с первого дня хочется вон. (Смеется.) Всегда я уезжал отсюда с удовольствием… Ну, а теперь я в отставке, деваться некуда, в конце концов. Хочешь – не хочешь, живи…

Яков (Треплеву). Мы, Константин Гаврилыч, купаться пойдем.

Треплев. Хорошо, только через десять минут будьте на местах. (Смотрит на часы.) Скоро начнется.

Треплев (окидывая взглядом эстраду). Вот тебе и театр. Занавес, потом первая кулиса, потом вторая и дальше пустое пространство. Декораций никаких. Открывается вид прямо на озеро и на горизонт. Поднимем занавес ровно в половине девятого, когда взойдет луна.

Треплев. Если Заречная опоздает, то, конечно, пропадет весь эффект. Пора бы уж ей быть. Отец и мачеха стерегут ее, и вырваться ей из дому так же трудно, как из тюрьмы. (Поправляет дяде галстук.) Голова и борода у тебя взлохмачены. Надо бы постричься, что ли…

Сорин (расчесывая бороду). Трагедия моей жизни. У меня и в молодости была такая наружность, будто я запоем пил – и все. Меня никогда не любили женщины. (Садясь.) Отчего сестра не в духе?

Треплев. Отчего? Скучает. (Садясь рядом.) Ревнует. Она уже и против меня, и против спектакля, и против моей пьесы, потому что не она играет, а Заречная. Она не знает моей пьесы, но уже ненавидит ее.

Сорин (смеется). Выдумаешь, право…

Треплев. Ей уже досадно, что вот на этой маленькой сцене будет иметь успех Заречная, а не она. (Посмотрев на часы.) Психологический курьез – моя мать. Бесспорно талантлива, умна, способна рыдать над книжкой, отхватит тебе всего Некрасова наизусть, за больными ухаживает, как ангел; но попробуй похвалить при ней Дузе! Ого-го! Нужно хвалить только ее одну, нужно писать о ней, кричать, восторгаться ее необыкновенною игрой в «La dame aux camеlias»[1] или в «Чад жизни», но так как здесь, в деревне, нет этого дурмана, то вот она скучает и злится, и все мы – ее враги, все мы виноваты. Затем она суеверна, боится трех свечей, тринадцатого числа. Она скупа. У нее в Одессе в банке семьдесят тысяч – это я знаю наверное. А попроси у нее взаймы, она станет плакать.

Сорин. Ты вообразил, что твоя пьеса не нравится матери, и уже волнуешься, и все. Успокойся, мать тебя обожает.

Треплев (обрывая у цветка лепестки). Любит – не любит, любит – не любит, любит – не любит. (Смеется.) Видишь, моя мать меня не любит. Еще бы! Ей хочется жить, любить, носить светлые кофточки, а мне уже двадцать пять лет, и я постоянно напоминаю ей, что она уже не молода. Когда меня нет, ей только тридцать два года, при мне же сорок три, и за это она меня ненавидит. Она знает также, что я не признаю театра. Она любит театр, ей кажется, что она служит человечеству, святому искусству, а по-моему, современный театр – это рутина, предрассудок. Когда поднимается занавес и при вечернем освещении, в комнате с тремя стенами, эти великие таланты, жрецы святого искусства изображают, как люди едят, пьют, любят, ходят, носят свои пиджаки; когда из пошлых картин и фраз стараются выудить мораль – мораль маленькую, удобопонятную, полезную в домашнем обиходе; когда в тысяче вариаций мне подносят все одно и то же, одно и то же, одно и то же, – то я бегу и бегу, как Мопассан бежал от Эйфелевой башни, которая давила ему мозг своею пошлостью.

Источник

Чуча. чеховский театр абсурда

Ч У Ч А (чучело Чайки)

ЭТЮД В БАГРОВЫХ ТОНАХ
или
ФЕЕРИЯ В АНАТОМИЧЕСКОМ ТЕАТРЕ

Комедия в … действии

Петр Николаевич Сорин, инвалид, действительный статский участник
Куликовской битвы.

Ирина Николаевна Аркадина, по мужу Треплева, медсестра Сорина.

Константин Гаврилович Треплев, сын Аркадиной, студент-медик.

Нина Михайловна Заречная, студентка-медичка, дочь главврача
психиатрической лечебницы.

Илья Афанасьевич Шамраев, прозектор.

Полина Андреевна, его жена, аптекарша.

Маша, их дочь, сиделка.

Борис Алексеевич Тригорин, ветеринарколог.

Евгений Сергеевич Дорн, акушер-гинеколог.

Семен Семенович Медведенко, фельдшер.

Кресло, дважды объехав стол и лихо развернувшись, останавливается у стены.

Сорин (окидывая взором анатомический театр): Без театра нельзя!

Треплев (глядя по сторонам): Вот тебе и театр! Декораций никаких…
Начнём ровно в половине девятого.
Сорин: Великолепно! А-то руки зябнут, и ноги, как деревянные, в конце-концов… (костяшками пальцев постукивает по протезам).
Треплев: Надо изображать жизнь не такою, как она есть, и не такою, как должна быть, а такою, как она представляется в мечтах.
Сорин (смеется): Выдумаешь, право.

Читайте также:  Как правильно есть мочи

Треплев, опустив бинт со лба на подбородок, ловко превращает его в марлевую маску.

Входит Тригорин. На нём рыбацкие резиновые сапоги, в одной руке спиннинг, в другой авоська с недопитой бутылкой водки и большой стеклянной банкой, в которой в растворе формалина плавают бывшие обитатели соседнего озера.

Тригорин (поставив спиннинг у стены): Я люблю удить рыбу. Для меня нет больше наслаждения, как сидеть под вечер на берегу и смотреть на поплавок. (Икает).
Аркадина: Милый, ты немного опьянел, отрезвись!

Повернувшись к присутствующим, и чуть не упав при этом, раскланивается со всеми.

Тригорин (Сорину): Здравствуйте, Петр Николаевич! Что это вы всё хвораете? Нехорошо!
Сорин (помолчав): Вот история, я опасно болен, а между тем мне не дают никаких лекарств. Поймите, и в шестьдесят два года жить хочется, и потому я пью за обедом херес и курю сигары и всё. Вот и всё.
Дорн: Это легкомыслие. Нужно относиться к жизни серьёзно.
Сорин: Что за наказание! (Кивнув головой на операционный стол.) Это для меня постлано?
Полина Андреевна: Для Вас, Петр Николаевич.
Сорин: Благодарю Вас.
Аркадина (мечтательно): Когда-то длинными осенними вечерами за этим столом играли в лото.

Медведенко помогает Треплеву уложить Сорина на стол и подготовить к операции. Полина и Маша заботливо подкладывают под больного утку.

Сорин (вспылив): Это нахальство! Это чёрт знает что такое! Мне это надоело, в конце концов.
Дорн (кивая на судно): Пустое, ваше превосходительство.

Сорин: Меня никогда не любили женщины. Вчера лег в десять и сегодня утром проснулся в девять таким чувством, как будто от долгого спанья у меня мозг прилип к черепу и всё такое. (Смеется.)
Маша Сорину (многозначительно указывая глазами доктору на трепан): Пустяки всё это!

Дорн понимающе кивает.

Сорин: Невыносимый человек! Деспот!
Дорн: Люди скучны.
Полина Андреевна (Дорну): Вернитесь, наденьте бахилы!
Дорн: Мне жарко…
Маша (расстёгивая халат): Душно, должно быть ночью будет гроза.

Под белоснежным халатом обнаруживаются чёрные чулки, чёрный пояс с резинками и чёрный же кружевной бюстгальтер.

Входит Илья Афанасьевич Шамраев. В руках у него хомут, служащий для фиксации непокойных пациентов.

Шамраев: Вот и наши. Добрый день!

Прилаживает к пациенту хомут, доктор в это время достаёт из своей походной аптеки склянку с эфиром и с хрустом отламывает горлышко.

В операционную вбегает Нина Заречная, на бегу натягивая хирургические перчатки.

Нина (взволнованно): Я не опоздала. Конечно, я не опоздала.
Шамраев: Ничего, пять минут ещё есть (смеётся).
Маша: Скоро начнется «спектакль».
Треплев: Становитесь по местам. Пора.
Маша (считает): Один, три, восемь,
Дорн: Так-с.
Маша: Десять, одиннадцать…
Медведенко: Не спеши!
Маша: Двадцать два.
Аркадина: Есть!
Дорн: Спит действительный статский советник.
Аркадина: Петруша!
Сорин: А?
Аркадина: Ты спишь?
Сорин: Нисколько.
Полина Андреевна (в отчаянии): Что я могу? Ну что я могу?

Медведенко вздыхает. Дорн хмурится и увеличивает дозу эфира.

Дорн: Ну-с, тем не менее, всё-таки я продолжаю.
Взяв в руки скальпель, напевает: «Расскажите вы ей, цветы мои. «

Сделав широкий надрез, с интересом разглядывает внутренности пациента.

Дорн: Сколько тут у Вас перемен, однако…
Медведенко (заглядывая через плечо доктора): Петру Николаевичу
следовало бы бросить курить.
Полина Андреевна: А по-моему, он прекрасно сохранился и ещё
может нравиться женщинам.
Дорн: Старый ловелас!
Треплев: Нужны новые формы. Новые формы нужны, а если их нет,
то лучше ничего не нужно. Господа! Прошу внимания!

Выхватывает скальпель из рук Дорна и начинает энергично им орудовать.

Продолжает интенсивно препарировать, но вдруг останавливается, вглядываясь:
Что-то есть! Что-то есть!
Шамраев: Да, это вещь.

Доктор в раздумье смотрит на парные органы пациента, несколько раз переводя взгляд с одного на другой, затем вопросительно поднимает глаза на коллег. Скальпель замирает в его руках.

Тригорин: Тут советовать нельзя.
Нина (протягивая руку, сжатую в кулак): Чёт или нечет?
Дорн: Мы не станем полагаться на случай!
Нина (пожимая плечами): Жребий брошен.
Медведенко: Ну вот, церемонии.
Маша: Я не стану. Увольте, пожалуйста.
Полина Андреевна (стучит по столу пинцетом): Господа. Не будем
терять времени зря, а то скоро ужинать позовут.
Аркадина: Как хорошо!
Треплев: Психологический курьёз – моя мать!

Богатырский храп Сорина внезапно прерывается.

Дорн: Тихий ангел пролетел.(Снимает шляпу).
Нина: Кажется, кто-то там.
Медведенко: Отчего? (В раздумье.) Не понимаю.
Дорн (напевает): «Не говори, что молодость сгубила».
Шамраев: Имею честь с прискорбием заявить, что…
Аркадина: Что с ним?
Дорн (пожав плечами): По законам природы всякая жизнь должна
иметь конец.
Тригорин (про себя): «Если тебе когда-нибудь понадобится моя
жизнь, то приди и возьми её».

Вычёркивает что-то в книжке.

Маша (зевает): Ужинать пора, должно быть.

Ленивою, вялою походкой обходит стол. Подойдя к Медведенке, протягивает ему зажим с дымящимся окурком): Одолжайтесь.
Медведенко: Не хочется.

Маша, не сводя глаз с Медведенки, раскрывает зажим. Окурок падает прямо в разверзнутый труп.

Дорн: Это гадко!
Маша: Пустяки. (Нюхает табак.)
Шамраев (низким баском): Браво, Сильва!
Аркадина (смеется): Да, это эффект.
Треплев (умоляюще и с упреком): Мама!
Аркадина: Что может быть скучнее этой вот милой деревенской
скуки… А вечер такой славный! Слышите, господа, поют?

Дорн: Кажется, в доме играют. Надо идти.
Полина: Это «на том берегу».
Дорн: Полагаю, теперь можно поднять занавес, а то жутко…
Треплев: Занавес! Подавай занавес! (Топнув ногой.) Занавес!

Нина (Тригорину): Не правда ли, странная пьеса?
Тригорин: Я ничего не понял… Что же в ней особенно хорошего? (Смотрит на часы.) Я должен сейчас идти писать. Извините, мне некогда.
Треплев (с тоской глядя на чучело чайки): А моей даже не разрезал…
Дорн: Свежо. Наивно. У меня от волнения дрожали руки. Пойти, дать всем валерьяновых капель!
Аркадина: Вот вам рубль на троих.
Дорн: Merci bien.

Голос Сорина: Во Францию два гренадера…

«Фишкой» данного опуса является то, что все авторские реплики персонажей сохранены в неизменности.

Источник

«НАДО ИЗОБРАЖАТЬ ЖИЗНЬ НЕ ТАКОЮ…»

«Донка» (Послание Чехову).
Театро Сунил (Лугано, Швейцария).
Сценарий и постановка Даниэле Финци Паски

В июне в Санкт-Петербурге были показаны шоу «Corteo» Цирка дю Солей и спектакль «Донка» Театро Сунил. Их автор — швейцарец Даниэле Финци Паска. «Театр нежности» как метод работы используется в обеих постановках режиссера, и здесь кто-то говорит о самоповторе, а кто-то — о режиссерском почерке.

Сцена из спектакля. Фото Е. Лапиной

Режиссер «Донки» вторит словам Треплева: «Надо изображать жизнь не такою, как она есть, и не такою, как должна быть, а такою, как она представляется в мечтах». У Финци Паски театр составлен из мечтаний, видений, тающих образов. Только в таком театре, наверно, возможны три сестры-акробатки на трапеции. Все детали вызывают эффект синестезии: слова превращаются в запахи, картинки — в музыку, мелодия — в движения. Слышно, как шумят накрахмаленные юбки, как на пруду шелестит ветер, как звучат веселые голоса, и, кажется, доносится запах теплого заката и наливки, которую герой, слегка похожий на Чехова (Роландо Таркуини), так вкусно наливает своим друзьям и подругам, весело и беззаботно поющим под аккордеон песенку Чебутыкина из «Трех сестер»: «Тарара… бумбия… сижу на тумбе я…». Из нескольких деталей в пространстве практически пустой сцены создается атмосфера рассказов Чехова. И возникают те мимолетные призрачные моменты, когда Чехов был счастлив — в своей жизни или в своих произведениях.

В программке Паска описывает подготовку к спектаклю — режиссер и композитор спектакля Мария Бонзаниго ездили по чеховским местам, а в одном из домов, где писатель жил в детстве, они убежали от экскурсовода, спрятались под большим обеденным столом и сидели там, пока их не нашли. Этот детский «взгляд из-под стола» переносится и в спектакль — не просто через внешние признаки, с помощью легкого прозрачного занавеса, опущенного на авансцену, но и через атмосферу: все очень осторожно, немного сказочно, будто вместе со зрителем кто-то очень маленький, затаив дыхание, наблюдает за этой неуловимо прекрасной жизнью.

Актеры говорят на родном для нас языке, иногда переходя на английский или французский. Уверенная неправильность выговора русских слов, которая возможна только в произношении иностранца, лаконично вписывается в легкость игры актеров. И переведено прекрасно: «По мне, так это китч» — в сцене, где лысый парень объявляет, что «Константин застрелился», или «Давай! Хорошо! Вот так!» в комическом номере про девушек-силачек. Их акцент и интонации создают эффект детскости, нефальшивости.

Читайте также:  Как по новому будут оплачивать больничный лист с 2021 года

Этюды из произведений Чехова вперемежку с образами из его жизни выстроены в последовательности, похожей на композицию «Corteo»: вступление на русско-французско-английском языке, ряд картин, миниатюр и цирковых номеров, кульминационная сцена, снова ряд нежных видений и — лирический финал. Но в «Corteo» артисты рассказывают про придуманного режиссером клоуна, а в «Донке» главный герой — реальный человек.

Сцена из спектакля. Фото В. Луповского

Спектакль выполнен в светлых тонах: актеры в белых костюмах, никакого клоунского грима, в интерьере только старые стулья. Спокойные краски нарушены красными лепестками роз — это напоминание о пятнах крови на платке у Чехова, давно и безнадежно больного чахоткой. В финальной сцене в песне звучат слова: «Ghiaccio sui per non tossir / Latte di cavalla e delirare. Rosso come sangue nevichera / Cerca il fiato ce la farai» («Лед на легких, чтобы не кашлять, / Кобылье молоко и горячечный бред. Красное как кровь выпадает снегом, / Старайся дышать, ты справишься»). Перед смертью Чехова Ольга Леонардовна Книппер хотела положить ему на сердце лед — из этой истории в спектакле выросла кульминационная сцена в конце первого действия. Тает ледяная люстра, вокруг нее летает девушка в белом воздушном платье, похожая на ангела, она срывает кусочки льда, которые тут же выскальзывают из рук, а на авансцене танцующий жонглер в белом платье (Давид Менес), шкодливо улыбаясь, нарочно дает разбиться взмывающим вверх ледяным шарикам. Падает ледяной столик, девушки в белых платьях срывают ледяные диски с люстры — под светом софитов, палящих со стороны задника сцены, все капает, тает, течет. Как слезы, как лед на сердце для облегчения мук, как жизненная сила умирающего, который перед смертью рассказывает своей Ольге сюжет нового шутливого рассказа. А на сцене — главный герой, который пытается поймать ледяные шарики жонглера и хочет схватить ускользающую руку летающего ангела.

Сцена из спектакля. Фото V. Cangialosi

Режиссеру наверняка по душе, что Чехов был шутник и сам любил, когда другие шутят. Поэтому маленькие детские шалости в Донке: резиновые сопли, слезы из клизм — это шутки, которые непременно понравились бы «Человеку без селезенки». И здесь опять происходит совпадение мира Чехова с приемами клоунады. Но эти шалости также напоминание о том, что Чехов был еще и доктором. И тогда резиновые сопли и клизмы — это как надоевшие больные, как повседневная телесность, которая окружает любого врача. В самом начале спектакля на сцену выходят три актера в больничных халатах и рассказывают про анатомический театр, а во втором действии на сцену вывозят железную кушетку со скрученной акробаткой. Если не знать, кто такой Чехов, то, пожалуй, можно подумать, что спектакль этот посвящен волшебному доктору-рыбаку.

Но зритель все-таки понимает, что три девушки на трапеции, выделывающие акробатические трюки, — это шутка про «Трех сестер», а лысый господин в одежде из чеховских времен, сообщающий «Константин застрелился!», — это репетиция «Чайки», например, в Художественном театре. Девушка, которая пытается отстучать степ, но все время поскальзывается, — может быть, в чьем-то сне Нина Заречная была именно такой. Или крутящийся в обруче атлет — путь он будет Ивановым. А Елена Андреевна и Соня из «Дяди Вани» в чьих-то мечтах стали цирковыми силачками.

Источник

Надо изображать жизнь не такою как она есть и не такою как должна быть

Jurij Abazov запись закреплена
На земле Баяна

100 самых мудрых цитат в мире

В цитатах скрыта правда, они заставляют задуматься…

Если человек действительно чего-то захочет, то вся Вселенная будет способствовать тому, чтобы его желание сбылось.
​ Пауло Коэльо

2. Не всегда прощения просит тот, кто виноват. Прощения просит тот, кто дорожит отношениями.

4. Один не разберет, чем пахнут розы. Другой из горьких трав добудет мед. Кому-то мелочь дашь, навек запомнит. Кому-то жизнь отдашь, а он и не поймет.

5. Какая разница, кто сильнее, кто умнее, кто красивее, кто богаче? Ведь, в конечном итоге, имеет значение только то, счастливый ли ты человек или нет?

6. Самое бесполезное жить для других когда не просят.

7. Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.

8. Я все равно ни о чем не жалею — хотя бы потому, что это бессмысленно.

9. Как легко обидеть человека! Взял и бросил фразу злее перца. А потом порой не хватит века. Чтоб вернуть обиженное сердце.

10. У иных людей мозгов — кот наплакал, зато амбиций — слон наложил.

11. Мне наплевать, что вы обо мне думаете. Я о вас не думаю вообще.

12. В наши дни люди всему знают цену, но ничего не умеют ценить

13. Когда тебя предали — это все равно, что руки сломали. Простить можно, но вот обнять уже НИКОГДА не получится.

Лев Николаевич Толстой

14. Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею.

15. Говори правду, и тогда не придется ничего запоминать.

16. Я всегда ищу в людях только хорошее. Плохое они сами покажут.

17. Бывает лед сильней огня, зима — порой длиннее лета, бывает ночь длиннее дня и тьма вдвойне сильнее света. Бывает сад громаден, густ, а вот плодов совсем не снимешь. Так берегись холодных чувств, не то, смотри, совсем застынешь.

Иосиф Александрович Бродский

18. Судьба не дура… зря людей сводить не станет!

19. Люди одиноки, потомy что вместо мостов они стpоят стены.

20. Не бойтесь кого-то потерять. Вы не потеряете того, кто нужен вам по жизни. Теряются те, кто послан вам для опыта. Остаются те, кто послан вам судьбой.

21. Не тот велик, кто никогда не падал, а тот велик — кто падал и вставал!

22. Перед тем как излить душу, убедитесь что «сосуд», не протекает.

Джордж Бернард Шоу

23. Интернет, он не сближает. Это скопление одиночества. Мы вроде вместе, но каждый один. Иллюзия общения, иллюзия дружбы, иллюзия жизни…

Януш Леон Вишневский

24. Если человек предал кого-то из-за тебя, не стоит связывать с ним жизнь, рано или поздно он предаст тебя из-за кого-то.

Антуан де Сент-Экзюпери

25. Если все сложилось не так, как вы ожидали, не расстраивайтесь. Божьи планы всегда лучше наших.

Иоганн Вольфганг фон Гёте

26. Есть только две бесконечные вещи: Вселенная и глупость. Хотя насчет Вселенной я не вполне уверен.

27. Верность, которую удается сохранить только ценой больших усилий, ничуть не лучше измены.

Франсуа Де Ларошфуко

28. Доброму человеку бывает стыдно даже перед собакой.

Антон Павлович Чехов

29. Есть три вещи, которых боится большинство людей: доверять, говорить правду и быть собой.

Федор Михайлович Достоевский

30. Две самые ужасные фразы в мире, это: „Мне надо с тобой поговорить“ и „Надеюсь, мы останемся друзьями“. Самое смешное, они всегда приводят к противоположному результату, ломая и беседу, и дружбу.»

31. Что толку трогать ножкой омут, когда ныряешь с головой?

32. В грозы, в бури, в житейскую стынь, при тяжёлых утратах и когда тебе грустно, казаться улыбчивым и простым — самое высшее в мире искусство.

33. B мою жизнь входят те, кто хочет, и кто хочет уходит, но есть общие правила для всех гостей: заходя — вытирайте ноги, уходя — закрывайте за собой дверь.

34. Счастливей всех тот, кто без тревоги ждет завтрашнего дня: он уверен, что принадлежит сам себе.

Луций Анней Сенека

35. Есть такие слезы, которые надо выплакать обязательно, в любое время дня и ночи, выплакать, чтобы все внутри перегорело…

36. Всё приходит в своё время для тех, кто умеет ждать.

37. В молодости мужчина хочет секса, а женщина любви. В зрелости он хочет любви, а она секса. И только в старости они хотят одного и того же: покоя.

38. Когда человеку лежать на одном боку неудобно — он перевертывается на другой, а когда ему жить неудобно — он только жалуется. А ты сделай усилие: перевернись!

39. Когда человеку по-настоящему тяжело, он не плачет и голос его звучит почти спокойно. Боль уходит вглубь. Истерика и слезы — спутники скорее слабой или показной боли, чем истинной.

Читайте также:  Спасенный и спаситель были совершенно мокрый как из них спасенный был в сильной усталости

40. Величайшее в жизни счастье — это уверенность в том, что нас любят, любят за то, что мы такие, какие мы есть, или несмотря на то, что мы такие, какие мы есть.

41. Я презираю свое Отечество с головы до ног, но если с этим соглашаются иностранцы, мне становится очень обидно.

Александр Сергеевич Пушкин

42. У каждого мужчины где-то на свете есть женщина, созданная только для него. Она не лучше других, но она единственная, кто ему по-настоящему нужен. И у каждой женщины тоже обязательно есть такой мужчина. Мало кому выпадает счастье встретиться. Или же люди встречаются и проходят мимо, не распознав своей судьбы. Это тайна, у которой нет объяснений.

43. Умей ценить того кто без тебя не может, и не гонись за тем кто счастлив без тебя!

Габриэль Гарсиа Маркес

44. Любовь в браке сохраняется до тех пор, пока муж и жена продолжают интересоваться мыслями друг друга.

45. Умный человек не обижается, а делает выводы.

46. Депрессия не признак слабости — это признак того, что вы пытались быть сильным слишком долго.

47. Человек должен быть порядочным, это осуществимо в любых условиях при любой власти. Порядочность не предполагает героичности, она предполагает неучастие в подлости.

48. Все хотят, чтобы что-нибудь произошло, и все боятся, как бы чего не случилось.

49. У женщины действительно есть такое место, прикоснувшись к которому, можно свести ее с ума… это Душа…

50. Не спрашивай о том, что тебя не касается, не услышишь того, что тебе не понравится.

51. Дайте человеку необходимое и он захочет удобств. Обеспечьте его удобствами — он будет стремиться к роскоши. Осыпьте его роскошью — он начнет вздыхать по изысканному. Позвольте ему получать изысканное и он возжаждет безумств. Одарите его всем, что он пожелает — он будет жаловаться, что его обманули и что он получил совсем не то, что хотел.

52. Кто не любит одиночества — тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным.

53. Перед самым рождением младенца ангел прижимает палец к его губам и шепчет: «Забудь все свои прошлые жизни, воспоминания о них не должны смущать тебя в жизни настоящей». И над верхней губой новорожденного остается ложбинка.

54. Мужчина должен помочь женщине быть слабой, сильной она может быть и без него.

55. Чем честнее человек, тем меньше он подозревает других в бесчестности. Низкая душа предполагает всегда и самые низкие побуждения у благородных поступков.

Марк Туллий Цицерон

56. Уважения заслуживают те люди, которые независимо от ситуации, времени и места, остаются такими же, какие они есть на самом деле.

Михаил Юрьевич Лермонтов

58. Одна большая любовь, которая произошла один раз за всю жизнь, оправдывает все те бесконечные приступы отчаяния, которым человек бывает обычно так подвержен.

59. Не пытайтесь казаться людям лучше, чем Вы есть на самом деле — на цыпочках долго не устоишь… но и не пытайтесь казаться хуже, чем Вы есть — на корточках тоже долго не просидишь… ВСЕГДА ОСТАВАЙТЕСЬ СОБОЙ!

Михаил Афанасьевич Булгаков

60. Прощать надо молча — иначе какое же это прощение.

61. Стараться забыть кого-то-значит все время о нем помнить…

62. Счастлив тот, кто умеет быть простым в сложных отношениях.

63. То как ты поступаешь по отношению к другим людям, вернется к тебе рано или поздно. Это закон Окончательного Возврата. Он не имеет ничего общего с наказанием или вознаграждением. Так устроен мир. Ты получаешь то, что посылаешь. Это неизбежно.

64. Вот она, жизнь…Вечно всё то же: один ждёт другого, а его нет и нет. Всегда кто-нибудь любит сильнее, чем любят его. И наступает час, когда хочется уничтожить то, что ты любишь, чтобы оно тебя больше не мучило…

65. Слова, предназначенные для одного человека, ничего не дадут другому.

66. Поторопись! С каждой секундой песка в твоих песочных часах становится меньше, а добавить его нельзя.

67. Пессимист видит трудности при каждой возможности; оптимист в каждой трудности видит возможности.

68. Счастье — это когда ты хочешь то, что можешь, и можешь то, что хочешь.

69. Брак без любви — чреват любовью без брака.

70. Будьте заняты. Это самое дешевое лекарство на земле — и одно из самых эффективных.

71. Каждый человек — кузнец своего счастья, причем голова служит ему то молотом, то наковальней.

72. Люди, как правило, не отдают себе отчета в том, что в любой момент могут выбросить из своей жизни все что угодно. В любое время. Мгновенно.

73. Когда разочаровываешься в человеке, понимаешь: это не он такой плохой! Это ты относилась к нему лучше, чем он этого заслуживал, и ждала от него того, на что он вообще не способен…

Иван Сергеевич Тургенев

74. Войско баранов, возглавляемое львом всегда одержит победу над войском львов, возглавляемых бараном.

75. Мы любовь свою схоронили, крест поставили на могиле,»Слава Богу»-сказали оба, но восстала Любовь из гроба, укоризненно нам кивая-«Что вы сделали, я-живая!»

76. Знаешь, что такое верность? Умение себе запрещать.

77. Всё, что человек хочет— непременно сбудется, а если не сбудется, то и желания не было, а если сбудется, не то — разочарование только кажущееся. Сбылось — именно то!

Александр Александрович Блок

78. Грех отдаваться без любви, грех не отдаваться, если любишь.

Михаил Ефимович Литвак

79. У каждого в жизни есть кто-то, кто никогда тебя не отпустит, и кто-то, кого никогда не опустишь ты.

81. Умная девушка целует, но не любит, слушает, но не верит и уходит до того, как ее оставили.

82. Брак — это единственный вид тюрьмы, из которой тебя выпустят на свободу за плохое поведение.

83. Душа, в отличие от разума, не думает и не рассуждает — она чувствует и знает, поэтому не ошибается.

84. Никогда не осуждайте человека, пока не пройдете долгий путь в его ботинках.

85. Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации— та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу.

86. Кто хочет делать — ищет способ, кто не хочет — ищет причину.

87. Потерять любимого человека — это страшно, но еще страшнее так никогда его и не встретить.

88. Диких зверей можно не бояться, нужно бояться плохого друга. Ибо дикий зверь ранит только тело, а плохой друг ранит душу.

Сиддхартха Гаутама (Будда Шакьямуни)

89. У её ног лежат 10 мужчин, а ей нужен одиннадцатый, который стоит и смотрит в другую сторону.

90. Для создания семьи достаточно полюбить, а для её сохранения нужно научиться терпеть и прощать.

91. Слабые никогда не прощают. Умение прощать — свойство сильных.

92. Многоточие — это следы на цыпочках ушедших слов.

93. Друг — это одна душа, живущая в двух телах.

94. Умен не тот, кто не делает ошибок, Умен тот, кто умеет легко и быстро исправлять их.

Владимир Ильич Ленин

95. Не тот дорог, с кем хорошо, а тот, без которого плохо …

96. Чем больше я узнаю людей, тем больше я люблю собак.

97. Самый большой обман — обещать любить одного человека всю жизнь.

98. Деревья обнажили плечи, скрывает маски желтый бал, Кто говорит, что время лечит, тот никогда любви не знал.

99. Прежде чем осуждать кого-то возьми его обувь и пройди его путь, попробуй его слезы, почувствуй его боли. Наткнись на каждый камень, о который он споткнулся. И только после этого говори, что ты знаешь- как правильно жить.

100. Только одной причиной можно объяснить, почему в настоящий момент вы не испытываете блаженство и счастье: ваши мысли заняты тем, чего у вас нет. Иначе вы были бы счастливы! Вы сосредоточены на том, чего у вас нет. Однако уже сейчас вы можете блаженствовать-для этого у вас есть все!

Могут ли все ваши тревоги вместе взятые продлить вашу жизнь хоть на мгновение? Зачем волноваться о том, что будет завтра? Есть ли жизнь после смерти? Буду ли я жить после того как умру? Кто-то когда-то сказал: Жизнь-это то что случается с нами пока мы составляем планы.

Источник