Народный промысел приморского края

Промысел на все руки. Как Приморье превратилось в трепанговое гнездо

По старой китайской легенде, в бухтах, окружающих оконечность полуострова Муравьева-Амурского и остров Русский, водилось много трепангов. И все они подчинялись своему царю — Голубому Трепангу.

Офицер-лесничий Будищев, первым пришедший сюда со стороны континента в 1860 г. и встретившийся здесь с моряками транспорта «Маньчжур», еще проживавшими в палатках, записал в дневнике: «По изобилию трепанга Владивосток зовется китайцами по его имени Хай-шень-уай («залив морского червяка»)».

Если быть более точным, то место, где расположен город Владивосток, называлось Хайшэньвай. Где «хай» — это «море», «шэнь» — это «женьшень», а «хайшэнь» — «морской женьшень» (трепанг). «Вай» же на северо-китайском диалекте значило «нечто в изгибе берега, со спускающимися к нему отрогами сопок».

Сколько же было трепанга в окрестностях Владивостока? Много! Например, 5 мая 1891 г. с пяти водолазных лодок было выловлено 17 212 штук! А мыс, на котором теперь стоит пилон моста через бухту Золотой Рог, много десятилетий носил имя Трепангового.

Промысел трепанга и в других местах приморского побережья был не менее колоссальным. Так, путешествовавший по Южно-Уссурийскому краю в 1891–1893 гг. сотрудник газеты «Русские ведомости» Давид Шрейдер посетил японскую двухмачтовую рыболовную шхуну-фуне, стоявшую вместе с еще сотней таких же на промысле морского трепанга в заливе Посьет. Он посвятил этому промыслу целую главу в своей книге.

Первое описание Владивостока, сделанное в августе 1856 г. английскими судами «Барракуда» и «Винчестер», также не обошлось без трепангов. «Утром на пароходе мы прошли проливом Гамелин (Босфор Восточный) и встали на якорь у входа в порт Дандас (бухта Новик), — вспоминал лейтенант Джон Тронсон. — Здешние острова прекрасны — или вырастающие из воды конусами гор, или с плоскими вершинами, обильно покрытыми зеленью.

Рядом с входом и по левой стороне тартарские дома с матерчатыми тентами, которые устанавливают обычно рыбаки. Несколько тартар вышли встретить нас, когда мы подошли к дому. Они сильно походили на цыган, их лица были закопчены и имели следы всех ветров.

В складе находилось много высушенного и готового к отправке трепанга. Этот трепанг очень ценится богатыми классами Китая как сильный афродизиак (возбуждающее средство)».

Дальневосточный трепанг представляет из себя вид «морских огурцов» — голотурий. Вероятно, его возбуждающие свойства как-то связаны с его способностью к регенерации. Если разрезать трепанга на три части, то задняя часть головной восстановится через 3 месяца, головная у задней — через 4, а средняя часть обзаведется головой и задом через 7.

Обосновавшиеся на берегах бухты россияне довольно долго не обращали внимания на полезные качества трепанга, равно как и на непонятный, хотя и довольно прибыльный бизнес китайцев. Тем не менее он становился все заметнее и заметнее. В 1881 г. по поручению министерства финансов России на Дальний Восток прибыл член геологического комитета Аполлон Скальковский, изучавший русскую торговлю на Тихом океане.

«Окрестности Владивостока, — писал он в отчете, — славились своими трепангами, откуда и самое название этого пункта у китайцев — Чуйдъ-Сувея. Но в настоящее время промысел передвинулся далее к северу и простирается до устья Тазуши (ныне река Зеркальная в Кавалеровском районе). Лов трепангов происходит весною и осенью, так как в летнее время трепанг, любящий илистую почву, уходит от жары вглубь или зарывается в ил. Трепангов нанизывают на тонкия деревянныя дранки, заваривают, чтобы предохранить от разложения, и затем сушат на солнце. Пикуль трепангов во Владивостоке стоит 25 лан, а в Китае — до 40 лан и даже более, при менее удачном лове. Вывоз этого продукта из наших пределов простирается до 500 пикулей ежегодно, на сумму 12 500 лан. При развитии в крае русского населения нет сомнения, что оно возьмет этот промысел в свои руки, через что край получит лишний миллион рублей годового дохода».

Несравненно дороже был трепанг белый. Так, например, на Международном фестивале культуры трепанга в 2012 г. два живых белых морских огурца были проданы за 57 000 юаней (около полумиллиона рублей).

«Сам я встречал белого трепанга несколько раз в заливе Посьета, — вспоминает профессор-океанолог ДВФУ Владимир Раков. — Это генетическое отклонение от нормы называется альбинизмом и существует у многих животных (вспомним «белую ворону»). Депигментация тела у трепанга бывает полной (все тело) и частичной (темные пятна или кольца сохраняются на спине). Без пигментов покровы становятся полупрозрачными и имеют голубоватый оттенок. Таким животным в природе не позавидуешь: белое на дне привлекает хищников (как и водолазов), и отсутствие пигмента, содержащего ядовитые вещества, обрекает их на более скорое поедание рыбами, осьминогами, млекопитающими и другими. Легенды о том, что именно голубые трепанги обладают какими-то особыми гастрономическими или фармакологическими свойствами, ни на чем не основаны».

Читайте также:  Мвд по ивановской области конкурс народный участковый

Белый трепанг исключительно редок. «Он более требователен к условиям существования по сравнению со своими черными братьями. И поэтому экология не позволяет видеть его повсеместно», — считают китайские ученые.

Еще более редок трепанг голубой, охраняемый не только экологией, но и потусторонними силами. Вот что писал журнал «Всемирный следопыт» в 1928 г. в материале «За голубым трепангом»: «Это было известное всем кунгасам место в Безымянной бухте, близ Русского острова. Место с давних пор славилось изобилием «скалистого» трепанга: блестящего, темно-коричневого цвета червя, высокого качества и дорогого. Среди трепанголовов ходили слухи, что в Безымянной бухте попадались и «священные» голубые и белые трепанги. Но это заманчивое трепанговое гнездо пользовалось дурной славой. Суеверные желтолицые ловцы в последние годы вовсе не посещали Безымянной бухты. Несколько лет ни один водолаз не охотился здесь…

По кунгасам ходили легенды о подводных человекоподобных существах, обитающих на каменистом дне бухты. Корейцы и вовсе утверждали, что в подводных скалах живет гигантский осьминог-дракон — Дух Океана. Китайцы — ловцы морской капусты будто бы видели со своих широкозадых шаланд морского змея, опустившегося в воду как раз на этом месте».

В 1919–1920 гг. трепанг на юге Приморья вылавливался с помощью корейских ныряльщиц-водолазов. Благодаря ловкости, способности глубоко нырять, продолжительное время находиться под водой даже холодной осенью корейцы называли таких ныряльщиц «баба нерпа».

Целый ряд русских рыбопромышленников, видевших работу водолазов-женщин, описывают ее так: «Ловить моллюска отправляется в промысловой лодке кореец с несколькими женщинами. В местах промысла он расставляет на якоря по числу водолазов пустые, запаянные со всех сторон банки. Каждая женщина производит лов вблизи своей банки с якорем. Собранное во время ныряния складывается сначала в сумку, подвешенную сбоку, а когда водолаз выныривает на поверхность, чтобы подышать, то собранную добычу складывает в мешок, привязанный под плавающей банкой. Кореец же, оставаясь в лодке, наблюдает за ходом работы, сонно покуривая свою длинную трубку.

Отдыхать и погреться женщины выбираются на лодку через 1–2 часа беспрерывной работы в воде. В настоящее время эти женщины-водолазы встречаются по побережью залива очень редко. Находясь теперь в семьях, они бросили свою тяжелую профессию. В 1919 г. завезено было их несколько партий, и даже, как уверяет целый ряд русских рыбопромышленников, со стороны иностранных предпринимателей были предложения продать их (видимо, как водолазов) по 100 рублей за женщину, при условии групповой покупки».

В соседней Японии эта профессия сохранилась до сих пор и является символом страны, как и гейши. Женщин-ныряльщиц в Японии называют амо — «русалка» (в Корее — хэнё). В Корее все женское население острова Чеджудо уже 1700 лет специализируется именно на нырянии за морепродуктами и считается национальным достоянием страны. Безо всякого оборудования хэнё могли погружаться на глубину до 20 м.

К слову, не так давно представители правительства острова Чеджудо приезжали во Владивосток, чтобы познакомиться с историей приморских ныряльщиц 1919–1920 гг., которых считают также выходцами со своего острова.

Источник

Где живут ремёсла? – есть ли в Приморье народные промыслы и как выживают мастера

За несколько последних лет Приморский край буквально рванул вверх в рейтинге регионов России по туристической привлекательности и обосновался в ТОПе. Вплоть до 2019 года уверенно рос поток иностранных туристов, да и россиян все чаще интересовал Владивосток и живописные пляжи Приморья как место проведения отпуска. Въездной туризм стал стимулом к развитию производства сувениров, а вместе с ним и традиционных ремесел, в том числе народных промыслов. Каждому туристу хочется увезти на память о путешествии что-то, что ярче всего характеризует то место, в котором он побывал. И в этом смысле нет ничего более подходящего, чем изделия, выполненные местными мастерами, отражающие историю и культуру как страны в целом, так и конкретного региона.

Есть ли в Приморье народные промыслы?

Стоит оговориться, что вопрос о том, есть ли в Приморье в народные промыслы как таковые, до сих пор остается спорным. Есть версия, что в нашем крае, как, впрочем, и в подавляющем большинстве других субъектов ДФО, их нет, ведь народные промыслы – понятие, прежде всего, связанное с историей конкретной местности и традиционным бытом ее коренных жителей, а современные дальневосточники – в массе своей переселенцы.

К слову, в 2013 году «Российская газета» озадачилась вопросом, как выживают на Дальнем Востоке народные промыслы, и выпустила статью с соответствующим названием. Так вот она как раз начинается словами: «Как оказалось, русских народных промыслов в Приморье нет».

Что касается коренных народов, то в отличие от, например, Чукотки, Колымы или Камчатки, в приморских сувенирных магазинах практически невозможно найти продукцию их традиционных ремесел. В северных регионах в каждой точке продажи сувениров можно купить фигурки и композиции, выполненные мастерами-косторезами, предметы народного костюма и аксессуары из кожи и меха. Во Владивостоке же ничего подобного не найти, а если и найти, то привозное с той же Камчатки или Чукотки. Недаром в списке предприятий, входящих в Ассоциацию «Народные художественные промыслы», можно отыскать лишь одну дальневосточную организацию – это Уэленская косторезная мастерская в Чукотском автономном округе.

Читайте также:  На улице три курицы русская народная песенка

В последние годы центром развития традиционных ремесел коренных народов Приморья стал Национальный парк «Бикин», созданный конце 2015 года и расположенный на территории исконного проживания удэгейцев. Одной из задач организации, наряду с природоохранными, является поддержка культуры и традиционного образа жизни коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока. При национальном парке существует сувенирная мастерская, проводятся этнические фестивали.

Между тем, Россия – одна из немногих стран, которая сумела сохранить народные художественные промыслы.

Господдержка – очень уж хитрый предмет…

Механизмы господдержки предприятий народных художественных промыслов существуют. Но для большинства они, как та груша, которую нельзя скушать. Теоретически производители изделий народных промыслов могут получить от государства субсидии на покрытие части затрат. Однако проблема в том, что законодательно ремёсла отнесены к промышленности. И каждая мастерская, получающая поддержку, должна показывать рост выпуска и продаж. В реальности же подавляющее большинство предприятий народных промыслов относится к малому или даже к микробизнесу.

Источник

Есть ли в Приморье народные промыслы и как выживают мастера?

Вплоть до 2019 года уверенно рос поток иностранных туристов, россиян тоже все чаще интересовал Владивосток и живописные пляжи Приморья. Въездной туризм стал стимулом к развитию производства сувениров, а вместе с ним и традиционных ремесел, в том числе народных промыслов. Каждому туристу хочется увезти на память о путешествии что-то, что ярче всего характеризует то место, в котором он побывал. И в этом смысле нет ничего более подходящего, чем изделия, выполненные местными мастерами, отражающие историю и культуру как страны, так и конкретного региона.

Есть ли в Приморье народные промыслы?

Что касается коренных народов, то, в отличие от, например, Чукотки, Колымы или Камчатки, в Приморских сувенирных магазинах практически невозможно найти продукцию их традиционных ремесел. В северных регионах в каждой точке продажи сувениров можно купить фигурки и композиции, выполненные мастерами-косторезами, предметы народного костюма и аксессуары из кожи и меха. Во Владивостоке же ничего подобного не найти, а если и найти, то привозное с той же Камчатки или Чукотки.

В последние годы центром развития традиционных ремесел коренных народов Приморья стал Национальный парк «Бикин», созданный в конце 2015 года и расположенный на территории исконного проживания удэгейцев. Одной из задач организации, наряду с природоохранными, является поддержка культуры и традиционного образа жизни коренных малочисленных народов Севера и Дальнего Востока. При национальном парке существует сувенирная мастерская, проводятся этнические фестивали.

Господдержка – очень уж хитрый предмет…

Конкуренция с балалайкой и ушанкой

Участники рынка обращают внимание еще на одну проблему, для решения которой, по их мнению, необходимо участие государства. Заключается она в некоем стандарте качества и художественной ценности для сувениров.

Мастерская «Жар-Птица» начинала свою деятельность еще в 90-е годы. Тогда в Приморье поехали первые туристы, и краю абсолютно нечего было им предложить в качестве местных сувениров, помимо привозных матрешек. Тогда изделия мастеров из Фокино появились в одной из первых торговых точек, которая предлагала продукцию приморских мастеров. Это «Галерея подарков» в гостинице «Версаль». Потом открылись и другие сувенирные магазины подобного формата, где продукция «Жар-Птицы» тоже была представлена.

Рассказывая об этом направлении своей работы, Наталья Христенко сетует на отсутствие какого-либо регулирования в сфере производства сувениров. Печально, что конкуренцию мастерам, чье искусство уходит корнями в историю и оттачивается десятилетиями, составляют низкопробные поделки, эксплуатирующие примитивные представления иностранцев о русском народе.

И с этим сложно не согласиться. Да, рынок есть рынок. Но многим представителям традиционных ремесел и народных промыслов важнее именно такая поддержка государства, чем труднодостижимые льготы при осуществлении деятельности.

Чем сегодня живут ремесла?

Вот уже скоро год, как лайнеров нет, как нет и вообще любых туристов – ни иностранных, ни российских. Между тем, именно российские граждане являются основными покупателями товаров народного промысла. По данным отраслевой статистики, на иностранных гостей приходится меньше трети объемов продаж. Основные доходы ремесленников – будь то представители национального парка, созданного государством с его бюджетом, или частного небольшого музея-мастерской – приносят туристы и просветительская деятельность. Сегодня и с тем, и с другим непросто, ввиду связанных с пандемией ограничений.

Выживает «Жар-Птица» в этот непростой период только за счет непосредственно ремесленной деятельности. Изготавливает новогодние сувениры, а также различные изделия на заказ, которые используются как предметы декора. Работы мастеров «Жар-Птицы» можно увидеть в ряде Владивостоксих ресторанов.

Несмотря на то, что основатели музея-мастерской стараются не терять оптимизма, на будущее они не загадывают. Живут сегодняшним днем, ведь завтрашний – пока в густом непроглядном тумане.

Уходящая натура?

Между тем, по данным Ассоциации народных художественных промыслов, объем производства изделий народных промыслов и ремесел за последние 5 лет сократился на 17%. Около 80% организаций являются убыточными. По оценке минпромторга, за 30 лет страна лишилась более 200 промыслов, значительно сократилась численность мастеров и художников, средний возраст которых с каждым годом растет.

Читайте также:  Лук афлатунский применение в народной медицине

В этой связи государство разрабатывает новые меры поддержки отрасли, в том числе инструменты защиты и незаконного заимствования художественных решений третьими лицами. В ноябре премьер-министр Михаил Мишустин подписал постановление, предусматривающее смягчение условий предоставления субсидий представителям отрасли народных художественных промыслов.

Недавно было объявлено также о разработке Стратегии развития народных художественных промыслов до 2030 года.

Однако, по мнению председателя правления Ассоциации народных художественных промыслов Геннадия Дрожжина, в отрасли накопились проблемы, которые не могут ждать 2030 года.

Источник

Искусство в себе

Официально не признаны

Статус народных промыслов дает некоторые льготы для производства. Но это привлекательно для крупных фабрик, а в получении субсидий при изготовлении единичных изделий умельцы не видят смысла.

В крае есть люди, которые пытаются развивать ремесла: кузнечное и гончарное дело, кружевоплетение. Это все также не может быть названо народными промыслами.

Помощью краевого бюджета мастера могут пользоваться, если они зарегистрированы или как частные предприниматели, или как некоммерческая организация. Отдельной же программы поддержки народных промыслов в регионе нет.

Между тем край и его столица испытывают большую нужду в сувенирной продукции, которую можно было бы продавать туристам, раз уж Приморье ставит целью стать через несколько лет туристической меккой для десяти миллионов иностранных гостей в год. Пока же чаще продаются изделия не промыслов и даже не прикладного искусства, а поделки на морскую тематику, произведенные в соседнем Китае.

За помощью не обращались

В амурском правительстве признаются, что все эти «промысловые» деньги не освоили.

— Средства пришли в конце прошлого года, закон разрешает, чтобы неосвоенная сумма перешла на следующий,- говорит Наталья Черных, начальник отдела регионального правительства.

Чиновники сетуют на то, что мастера, которые занимаются народными промыслами, не любят ходить по казенным кабинетам и заполнять необходимые формы и заявления.

Инвалид Тамара Кропачева живет в поселке Углегорск, там, где строится космодром «Восточный». Она занимается изготовлением ростовых кукол, «внутренности» которых начинены целебными, ароматными травами. Признается, что у строителей космической гавани ее рукотворная красота идет просто нарасхват.

Неучтенными остаются и мастера из числа народностей Крайнего Севера. Они тоже не спешат за поддержкой к властям. Хотя, по словам Натальи Черных, для этого большого знания бухгалтерии не требуется. Зарегистрированному субъекту бизнеса, отчисляющему пенсионные взносы, нужно лишь прийти и заполнить соответствующую форму.

В Приамурье официальный статус мастера народных промыслов есть у 36 человек. В основном они занимаются кузнечным делом, столярным и гончарным производствами. Есть среди них один ювелир и один мастер по производству декоративных панно. В минувшем году финансовую поддержку своего «народного» бизнеса получили 12 амурчан.

В этом году на мероприятия по поддержке КМНС краевой бюджет направляет более 45 миллионов рублей. Из этих средств большая доля идет на развитие традиционной хозяйственной деятельности. Так, в Корякском округе реализуется проект создания учебно-производственного центра подготовки специалистов по переработке пушно-мехового, кожевенного сырья, изготовлению сувенирной продукции. Перечислены средства одному из профессиональных училищ на покупку оборудования, необходимого для организации обучения по профессии «скорняк».

Но пока эта помощь доходит не до всех, кому предназначается. Такие мастера, как Нина Кияйкина из общины алеутов «Агитуда» (Командорские острова), продолжают работать лишь из любви к своему делу и национальной культуре. Она воссоздала алеутское плетение из травы, которое было утрачено в течение ста лет. Сейчас мастерица занимается восстановлением по рисункам и фотографиям предметов одежды алеутов.

Как выяснилось, свои мастера (или пакси, так называют их на Севере) есть во многих национальных селах края. Официально стать мастером непросто, нужно, чтобы таковым соискателя признали заслуженные мэтры и знатоки народных ремесел, входящие в экспертный совет при губернаторе Хабаровского края. И каждый год, по словам Надежды Кимонко, заведующей отделом традиционной культуры Дома народного творчества «Краевое образовательное творческое объединение культуры», отсеивают слишком торопливых кандидатов.

Впрочем, далеко не каждый мастер стремится получить статус. Многие трудятся и просто так.

Как рассказали в краевом правительстве, поддержка традиционных народных промыслов не осуществляется в прямой денежной форме: как правило, за счет бюджета оплачивают дорожные расходы на выставки, фестивали, учебу и повышение квалификации, бесплатно оказывают информационные и организационные услуги. Есть, правда, гранты. Скажем, победитель ежегодного краевого конкурса «Ремесла земли Дерсу» помимо известности получает еще и 50 тысяч рублей.

Якутские мастера народных промыслов столкнулись с жесткой конкуренцией китайских предпринимателей.

Китайский ширпотреб значительно дешевле, поскольку для изготовления тех же унтов идут не оленьи лапки и серебряные подвески, а подручные заменители. Естественно, он пользуется все более широким спросом даже у людей со средним достатком, нежели эксклюзивная продукция от мастеров. Как считает заместитель руководителя торгово-промышленной палаты республики Гаврил Дмитриев, если якутяне не будут активно осваивать новые технологии, как это делают китайцы, они потеряют этот рынок.

Источник