Национальное образование есть не только проявление того как люди воспринимают

Сложноподчинённые предложения с несколькими придаточными; знаки препинания в них (окончание)

Скажи мне, отчего в эту ночь воздух всегда так тёпел и тих, отчего в небе горят миллионы звёзд, отчего природа одевается радостно, отчего сердце у меня, словно саднит от полноты нахлынувшего вдруг веселия, отчего кровь приливает к горлу? (Придат. изъяснительные, связь — однородное соподчинение.)

«Христос воскрес!» — звучат колокола, вдруг загудевшие во всех углах города; «Христос воскрес!» — журчат ручьи, бегущие с горы в овраг; «Христос воскрес!» — говорят шпили церквей, внезапно одевшиеся огнями; «Христос воскрес!» — приветливо шепчут вечные огни, горящие в глубоком, тёмном небе; «Христос воскрес!» — откликается мне давно минувшее моё прошлое. (Прямая речь в роли придат. изъяснит., связь — однородное соподчинение.)

1. Учебник К. Д. Ушинского «Родное слово» показывает, какое громадное значение для общего образования могут иметь уроки родного языка, если на язык смотреть, как на живой организм, в котором отражаются судьбы, думы и стремления народа и усвоение которого означает тем самым погружение в сокровищницу национальной культуры.

2. Национальное образование есть не столько проявление фактически уже существующей в виде готовой данности народной души, сколько приобщение народа к культурному преданию, которое накоплено в его среде творческими усилиями его сынов.

3. Что ни делаю, постоянно думаю, что служу этим, сколько позволяют мои силы, прежде всего, моему отечеству, нашей русской науке.

4. Главным открытием было то, что, оказывается, можно учиться сочинять музыку и что в музыкальном техникуме существует даже специальное композиторское отделение.

Схемы сложноподчинённых предложений с несколькими придаточными.

Псевдоним

Известная писательница Тэффи выбрала себе этот псевдоним, по её признанию, совершенно случайно. Псевдоним напоминает собачью кличку, похож на англизированное слово, звучит, как мужская иностранная фамилия.

Писательница признается, что возникла идея взять себе псевдоним по аналогии с другими женщинами-писательницами, которые публиковали свои произведения под какой-нибудь загадочной фамилией. Например, Марко Вовчок, Жорж Санд.

Поскольку начинающая писательница боялась провала своих произведений, она решила спрятаться за псевдонимом и взяла имя своего знакомого Стэффи, которого все окружающие считали дурачком. Она отбросила первую букву, и в результате получилось похожее на иностранное и довольно редкое имя или фамилия «Тэффи». Имя оказалось счастливым: под этим псевдонимом напечатали её пьесу. А в Малом театре поставили спектакль по произведению молодого автора. Так началась слава писательницы Тэффи.

В наше время тоже много примеров, когда деятели искусства и культуры, особенно представители шоу-бизнеса, берут себе псевдонимы, под которыми мы их и знаем. Например, певица Валерия (Алла Перфильева). Певица Максим, как и Тэффи, выбрала в качестве псевдонима мужское имя. Была на эстраде певица Лика, есть певцы Потап, Трофим. Иногда артисты только несколько изменяют свою настоящую фамилию, и получается новое сценическое имя. Так поступил Дима Билан, истинная фамилия которого звучит иначе, а именно: Белан.

Брали себе псевдонимы и многие известные политические деятели: Ленин, Сталин, Троцкий. Эти псевдонимы иногда гораздо популярнее и известнее настоящих имен.

Так что Тэффи не одинока, у неё было, есть и будет много последователей. Ведь псевдоним как будто снимает с человека всякую ответственность за то, что он делает, будь то добрые дела, будь то злодеяния против человечества.

Источник

Глава XIII. ПРОБЛЕМА НАЦИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

B проблеме национального образования причудливым образом сплетаются самые разнообразные течения педагогической и политической мысли. С одной стороны, национальное образование выдается как бы за монополию консервативных кругов. Так у нас в России оно парадоксальным образом насаждалось М. Катковым и Д. А. Толстым с помощью классической школы. С другой стороны, национальное образование выдвигается радикальными учительскими кругами, в своем требовании «национальной» школы (украинской, татарской и т. д.) совпадающими с политическими защитниками прав угнетенной национальности и обосновывающими свое требование началами свободы и права. С одной стороны, о «национальном образовании» говорят Робеспьер и Лепеллетье, идеологи единого и неделимого отечества, враги всякого федерализма; с другой стороны, о национальном образовании говорят защитники «провансальского» возрождения, т. е. представители федеративного принципа, стремящиеся к культивированию местных национальностей в пределах или даже вне большой, «государственной» нации. И если мы обратимся к идеологам национального> образования — хотя бы к Фихте в Германии и к Ушинскому в России, — то нас поразит, как теории их смогли стать исходным пунктом и оправданием столь различных политических и педагогических устремлений. Ибо на них в равной мере ссылаются как близкие к славянофильству круги национально-консервативной педагогики, так и демократически-радикальные защитники «инородческой» школы. — И нельзя сказать, чтобы те и другие были совершенно неправы со своей точки зрения. Нет, о «национальном образовании» по праву говорят для обозначения своих устремлений и Робеспьер, и провансальцы, и Д. А. Толстой, и защитники украинской школы. И если у нас этот термин употребляют по преимуществу эти последние, а во Франции, напротив, представители централистической и эгалитарной доктрины Французской революции, то в этом сказывается только «хитрость языка», далеко не всегда следующего логике в своем развитии. Не терминологической неясностью, а сложностью и многогранностью сокрытой здесь философской проблемы — именно проблемы нации — объясняется действительное соприкосновение между собой различных отмеченных нами течений и их, видимо, столь парадоксальное смешение. Наиболее известное у нас обоснование идеала национального образования принадлежит К. Д. Ушинскому. Мы и начнем с анализа этой несколько элементарной, но интересной попытки, тем более, что мысли, в ней выраженные, продолжают быть скрытым мотивом большинства относящихся сюда теорий.

Читайте также:  Как на английском будет двенадцатый айфон

Основным фактом, из которого исходит Ушинский, является наличие у всех великих народов своей национальной системы воспитания. В основе каждой из этих систем лежит свой особый принцип, определяющий образовательную систему в ее целом и сообщающий ей ее специфический характер. Так, принципом германской системы воспитания является наука. Германские университеты, являющиеся очагами научного знания, представляют собою средоточие всей германской образовательной системы. Принципом английского воспитания является выработка характера, свободное самоуправление, идеал гражданина. Этот идеал определяет собою среднюю школу Англии, так и английский колледж и университет, дающий не столько научное образование, сколько общее образование, необходимое будущему политическому деятелю свободного государства. Для Франции, напротив, характерно ее стремление к внешнему приложению научного знания. Техника является самым сильным местом французского народа. Отсюда — позитивизм и утилитаризм господствующей в ней философии. Отсюда профессиональный характер ее системы высшего образования и система конкурсов, обращающая внимание больше на внешний лоск, на стиль и блестящее разрешение поставленной задачи, чем на глубину мысли и содержания. Наконец, для американской системы образования (Соединенных Штатов) характерно безудержное стремление вперед, неустойчивость, заставляющая американцев всегда стремиться к новому, искать новых методов и форм образования. В ней отражается лихорадочная поспешность, с которой строит свою жизнь этот новый, не имеющий исторической традиции и свободный от предрассудков народ пионеров. Одним словом, каждый народ имеет свой особенный идеал человека, который он и осуществляет в своей национальной системе воспитания. «Основания воспитания и цель его, а следовательно и главное его направление различны у каждого народа и определяются народным характером, тогда как педагогические частности могут свободно переходить и часто переходят от одного народа к другому».

Мы старались с возможной точностью передать ход мысли Ушинского, приведший его к установлению требования национального воспитания. Как видно, идеи славянофильской метафизики о самобытной душевной субстанции, составляющей характер народа, сплетаются здесь с демократическими требованиями конкретного и близкого народу воспитания. Практически последняя тенденция у Ушинского преобладала, свидетельством чего является известное «Родное Слово», в котором Ушинский показывает, какое громадное значение для общего образования могут иметь уроки родного языка, если на язык смотреть как на живой организм, в котором отражаются судьбы, думы и стремления народа и усвоение которого означает тем самым погружение в сокровищницу национальной культуры. Характерно однако, что при выборе отрывков для чтения Ушинский менее всего руководствовался славянофильским идеалом патриархальной древней Руси, но старался собрать в своем «Родном Слове» наилучшие образцы русской литературы послепетровского периода, доступные пониманию народа. Идти в народ для того, чтобы поднять его до уровня образованного слоя общества, являющегося в настоящее время единственным носителем и владельцем богатств национальной культуры, — это чисто народническая мысль определяла собою всю практическую педагогическую деятельность Ушинского.

Но даже и с этой точки зрения представляет ли нация особую цель образования в том самом смысле, как мы говорим об образовании научном, нравственном и художественном? Очевидно нет, ибо своеобразный характер нации усматривается здесь не в особой цели, привходящей к тем ценностям, которые в совокупности своей составляют культуру, а в одностороннем разрешении в пользу той или иной из этих ценностей возгоревшегося между ними конфликта. Национальное образование сводилось бы в таком случае ни к чему иному, как к насильственному культивированию одного только научного, или правового, или технического образования.

Прав ли был Фихте, отождествляя национальное образование с нравственным? Верно ли, что национальность есть не особая цель творчества, а естественные форма, стиль, в которых по необходимости проявляется работа народа над общечеловеческими ценностями, если только народ сумел сохранить по отношению к культуре свою свободу, целостность, воодушевление и самостоятельность? Верно ли, что национальное образование есть не особый вид образования, а естественный стиль всякого подлинного образования? И если да, то достаточно ли покрывается оно началами самодеятельности и творческой интуиции, перенятыми Фихте у Песталоцци? Чтобы подойти к этим вопросам, необходимо, однако, дать более точное определение понятий «национальный» и «человеческий», так часто по-видимому вступающих между собою в конфликт.

Противоположная теза национализма, напротив, вполне аналогична индетерминизму: как последний считает, что свобода и личность суть несомненные факты нашей жизни, отрицание которых делает бессмысленным наше нравственное существование и беспредметной ответственность нашу за наши действия, точно так же и национализм считает, что отвлеченное понятие человечества слишком бессодержательно, чтобы мы могли руководиться им в своих действиях. Помогать всем и служить всем это значит — никому не помогать. Всякая борьба и всякое действие должны исходить из конкретных задач, прилагаться к определенным людям. Такая конкретность и определенность дается живым реальным целым национального союза. Отдельный человек есть живое реальное существо, лишь поскольку он член нации, которую он впитывает в себя вместе с речью матери. Благодаря национальному коллективу, стихийно объемлющему нас с первого дня рождения, мы становимся реальными индивидами. Ему обязаны мы всем, что составляет смысл и самую основу нашего существования. Нация не есть простая сумма отдельных людей, но живая сила, подлинная субстанция каждого человека, который, оторвавшись от нации, ведет отвлеченное и бездейственное существование. Ибо только то творчество ценно, долговечно, реально, которое «субстанциально», т. е. вытекает из народною духа, составляющего нашу подлинную основу. Искусство, право, религия, государственный строй, наука в величайших своих достижениях глубоко национальны. Они вырастают из реального начала народного духа, обнаружениями которого они только и являются и которым они только и могут быть объяснены в своем единстве, своеобразии, взаимном родстве отдельных моментов. Культура народа есть самобытное действие народного духа, как и наши поступки суть для индетерминизма продукты свободного выбора нашего Я.

Читайте также:  Как учатся на категорию а если есть в

Человечество, как устойчивое, последовательно разрешаемое человеческим творчеством задание, требует от всякого приступающего к творчеству, чтобы свои усилия он примкнул к усилиям и достижениям предыдущих поколений. Оно требует совокупного, или соборного действия: в творчестве настоящего поколения должны продолжаться усилия предков, трудившихся над теми же задачами. И сколь бы ни было индивидуально творчество отдельного человека, всю силу свою и мощь почерпает оно от того, что в нем мы чувствуем разрешенными поставленные предками задачи, усилия которых продолжают жить таким образом и получают свое оправдание в достижениях отдельного творца. Задание, таким образом, требует предания как своей предпосылки. Но это и значит: человечество как совокупность культурных заданий требует нации, как переходящего от поколения к поколению предания. — К тому же выводу мы придем, исходя из понятия нации как культурного предания. Усвоить наследие отцов, сохранить его от забвения и разрушения можно, не пассивно его воспринимая, но активно продолжая работу предков, разрешая все глубже и глубже поставленные ими задачи 17 . Только преумножая культурное достояние предков, можно его сохранить, ибо дела предков живут не в нашей пассивной памяти, но в наших творческих усилиях и достижениях. Только творческая работа над теми же заданиями, которые предстояли и нашим предкам, осуществляет чудо сохранения прошлого. В этом смысле мы и говорили уже выше, что предание, как сохраненное в настоящем прошлое, возможно только через возвышающееся над временем задание. Но это и значит: нация, как наследие предков, возможна через человечество как объединяющее все нации культурное задание. Понятые как предметы нашего действия, как восставленный пред нами долг нашего существования, человечество и нация не только не исключают, но взаимно проникают друг друга. Истинный космополитизм и истинный национализм совпадают.

Источник

Сложноподчинённые предложения с несколькими придаточными; знаки препинания в них (окончание)

Скажи мне, отчего в эту ночь воздух всегда так тёпел и тих, отчего в небе горят миллионы звёзд, отчего природа одевается радостно, отчего сердце у меня, словно саднит от полноты нахлынувшего вдруг веселия, отчего кровь приливает к горлу? (Придат. изъяснительные, связь — однородное соподчинение.)

«Христос воскрес!» — звучат колокола, вдруг загудевшие во всех углах города; «Христос воскрес!» — журчат ручьи, бегущие с горы в овраг; «Христос воскрес!» — говорят шпили церквей, внезапно одевшиеся огнями; «Христос воскрес!» — приветливо шепчут вечные огни, горящие в глубоком, тёмном небе; «Христос воскрес!» — откликается мне давно минувшее моё прошлое. (Прямая речь в роли придат. изъяснит., связь — однородное соподчинение.)

1. Учебник К. Д. Ушинского «Родное слово» показывает, какое громадное значение для общего образования могут иметь уроки родного языка, если на язык смотреть, как на живой организм, в котором отражаются судьбы, думы и стремления народа и усвоение которого означает тем самым погружение в сокровищницу национальной культуры.

2. Национальное образование есть не столько проявление фактически уже существующей в виде готовой данности народной души, сколько приобщение народа к культурному преданию, которое накоплено в его среде творческими усилиями его сынов.

3. Что ни делаю, постоянно думаю, что служу этим, сколько позволяют мои силы, прежде всего, моему отечеству, нашей русской науке.

4. Главным открытием было то, что, оказывается, можно учиться сочинять музыку и что в музыкальном техникуме существует даже специальное композиторское отделение.

Схемы сложноподчинённых предложений с несколькими придаточными.

Псевдоним

Известная писательница Тэффи выбрала себе этот псевдоним, по её признанию, совершенно случайно. Псевдоним напоминает собачью кличку, похож на англизированное слово, звучит, как мужская иностранная фамилия.

Писательница признается, что возникла идея взять себе псевдоним по аналогии с другими женщинами-писательницами, которые публиковали свои произведения под какой-нибудь загадочной фамилией. Например, Марко Вовчок, Жорж Санд.

Поскольку начинающая писательница боялась провала своих произведений, она решила спрятаться за псевдонимом и взяла имя своего знакомого Стэффи, которого все окружающие считали дурачком. Она отбросила первую букву, и в результате получилось похожее на иностранное и довольно редкое имя или фамилия «Тэффи». Имя оказалось счастливым: под этим псевдонимом напечатали её пьесу. А в Малом театре поставили спектакль по произведению молодого автора. Так началась слава писательницы Тэффи.

В наше время тоже много примеров, когда деятели искусства и культуры, особенно представители шоу-бизнеса, берут себе псевдонимы, под которыми мы их и знаем. Например, певица Валерия (Алла Перфильева). Певица Максим, как и Тэффи, выбрала в качестве псевдонима мужское имя. Была на эстраде певица Лика, есть певцы Потап, Трофим. Иногда артисты только несколько изменяют свою настоящую фамилию, и получается новое сценическое имя. Так поступил Дима Билан, истинная фамилия которого звучит иначе, а именно: Белан.

Брали себе псевдонимы и многие известные политические деятели: Ленин, Сталин, Троцкий. Эти псевдонимы иногда гораздо популярнее и известнее настоящих имен.

Так что Тэффи не одинока, у неё было, есть и будет много последователей. Ведь псевдоним как будто снимает с человека всякую ответственность за то, что он делает, будь то добрые дела, будь то злодеяния против человечества.

Источник

УШИНСКИЙ О ПРЕПОДАВАНИИ РУССКОГО ЯЗЫКА

Великий русский педагог Константин Дмитриевич Ушинский (1824–1870) в 1864 году выпустил в свет учебную книгу «Родное слово». Эта книга принесла ему славу народного педагога.

В своем творении К.Д.Ушинский прежде всего показал значение родного языка для духовной жизни человека, для его культуры. «Человек долго вдыхал в себя воздух, прежде чем узнал о его существовании, и долго знал о существовании воздуха, прежде чем открыл его свойства, его состав и его значение в жизни тела. Люди долго пользовались богатством родного слова, прежде чем обратили внимание на сложность и глубину его организма и оценили его значение в своей духовной жизни».

Читайте также:  Установить как будет на английском языке


К.Д. Ушинский. Фото 1850г.

Да, мы постоянно дышим воздухом и обычно не думаем об этом. Лишь когда воздух бывает очень несвежим или отравленным, мы начинаем беспокоиться, потому что дышать становится трудно, да и начинает осознаваться реальная угроза отравления.

А вспомните, как хорошо дышится в саду или в лесу. Тогда нам нет никакой необходимости доказывать — как приятно и полезно дышать чистым и свежим воздухом… То же и с языком. Вот почему так важно сберечь чистоту родного слова.

О значении языка для истории и духовной жизни народа К.Д.Ушинский в «Родном слове» писал следующее. «Язык народа — лучший, никогда не увядающий и вечно вновь распускающийся цвет всей его духовной жизни, начинающийся далеко за границами истории. В языке одухотворяется весь народ и вся его Родина; в нем претворяется творческой силой народного духа в мысль, в картину, в звук небо Отчизны, ее воздух, ее физические явления, ее климат, ее поля, горы и долины, ее леса и реки, ее бури и грозы — весь тот глубокий, полный мысли и чувства голос родной природы, который говорит так громко в любви человека к его иногда суровой родине, который высказывается так ясно в родной песне, в родных напевах, в устах народных поэтов. Но в светлых, прозрачных глубинах народного языка отражается не одна природа родной страны, но и вся история духовной жизни народа. Поколения народа проходят одно за другим, но результаты жизни каждого поколения остаются в языке — в наследие потомкам. В сокровищницу родного слова складывает одно поколение за другим плоды глубоких сердечных движений, плоды исторических событий, верования, воззрения, следы прожитого горя и прожитой радости, — словом, весь след своей духовной жизни бережно сохраняет в народном слове. Язык есть самая живая, самая обильная и прочная связь, соединяющая отжившие, живущие и будущие поколения народа в одно великое историческое живое целое. Он не только выражает собой жизненность народа, но есть именно самая эта жизнь. Когда исчезает народный язык — народа нет более!»

Имея столь высокое понятие о языке, К.Д.Ушинский придавал исключительно важное значение преподаванию русского языка в школе и обучению родному языку в семье и в общественной жизни.

По мнению великого педагога, язык является не только летописью всей многовековой жизни народа, «но и величайшим народным наставником». Усваивая родной язык, каждое новое поколение «усваивает в то же время плоды мысли и чувства тысячи предшествовавших поколений». «Дитя, выучившись родному языку, вступает уже в жизнь с необъятными силами. Не условным звукам только учится ребенок, изучая родной язык, но пьет духовную жизнь и силу из родимой груди родного слова. Оно объясняет ему природу, как не мог бы объяснить ее ни один естествоиспытатель, оно знакомит его с характером окружающих его людей, с обществом, среди которого он живет, с его историей и его стремлениями, как не мог бы познакомить ни один историк».

К.Д.Ушинский подмечает, что родной язык — этот удивительный педагог — «учит удивительно легко, по какому-то недосягаемо облегчающему методу». Для сравнения стоит вспомнить, как трудно дается нам изучение иностранного языка. «Мы хотим передать ребенку пять, шесть неизвестных ему названий, семь, восемь иностранных слов, два три новые понятия, несколько сложных событий, и это стоит нам значительного труда и еще больше стоит труда ребенку». А в родном языке ребенок свободно пользуется различными тонкостями языка, усваивая не одни только слова, но и «бесконечное множество понятий, воззрений на предметы, множество мыслей, чувств, художественных образов, логику и философию языка».

К.Д.Ушинский считал, что преподавание русского языка помогает развить в детях дар слова, сознательно овладеть сокровищами родного языка, а затем усвоить его грамматические законы в их логической системе. Об этом педагог писал в своей статье «О первоначальном преподавании русского языка».

Учебник К.Д.Ушинского «Родное слово», адресованный не только школе, но и семье, является замечательным свидетельством творческой любви к русскому языку. С помощью русских народных сказок, пословиц, поговорок, загадок, отрывков из произведений отечественных писателей К.Д.Ушинский вводит своего читателя в великий мир русского слова. Для многих поколений русских детей именно с учебником «Родное слово» была связана радость открытия красоты и силы родного языка, мудрости и богатства родной литературы. Эта книга еще до революции выдержала около 150 изданий общим тиражом более десяти миллионов экземпляров и стала поистине народной.

Хотя со дня кончины К.Д.Ушинского прошло уже более ста лет, его размышления о значении русского языка в воспитании подрастающего поколения остаются актуальными и сегодня. Все мы являемся свидетелями того, как значительная часть современной молодежи утрачивает традиционную для России культуру речи. Источником пополнения словарного запаса для молодых людей становятся не сокровища народной или классической русской литературы, а загрязненный жаргоном язык развлекательных телепрограмм, желтой прессы и низкопробной эстрады. Формируемое современной информационной средой «клиповое сознание» мешает приобретению полноценных навыков связного изложения мыслей, логического рассуждения.

Для того чтобы противостоять этим тревожным явлениям, школа, осваивая передовые педагогические технологии, не должна забывать и лучшие достижения прошлого, к числу которых, несомненно, относится творчество К.Д.Ушинского.

Директор Православной Гимназии во имя
Преподобного Сергия Радонежского
Л.П.Талышева

Copyright © 2006-2011
Православная Гимназия
во имя Преподобного
Сергия Радонежского

Источник